logo
buhara
 

Кварталы Бухары

История

Джариб седьмой. Мурдашўён

  • Кўйи хонако
  • Мусурмон-энага
  • Дўст-чорогоси
  • Равгангарон
  • Мачити бесутун
  • Мухаммад-ёр-атолык
  • Модари хон


  •           Микрорайон» Мурдашуён располагался к югу от арка, на той территории, в которую входил квартал Мурдашуён, по которому назывался весь джариб. Название Мурдашуён как название одного из двенадцати махалла мы находим на плане из архива Лерха, но там эта махалла помещена совершенно неправильно — в северо-западном углу города, у самой городской стены. Это одно из многих искажений, которые имеются на этом плане. На самом деле квартал обмывальщиков мертвых, по которому назван этот джариб, находился в центральном районе города. Появление здесь людей этой профессии относится, вероятно, к очень давнему времени. Обмывалыцики мертвых составляли своего рода касту «неприкасаемых», и поселиться на этом месте они могли только тогда, когда здесь была окраина, т. е. в период образования раннего кольца рабадов. Характерное для мусульман уважение к собственности являлось препятствием к изменению порядка, установившегося издавна. Поэтому остался на своем месте и квартал обмывалыциков мергвых, так же как и старая Еврейская слобода в Бухаре, несмотря на притеснения евреев, оставалась на том месте, где когда-то образовалась, и тогда, когда эта часть города сделалась его торговым центром. Также оставалась на своем месте слобода, где жили прокаженные (Песхона), после того как этот район при последней перестройке городской стены оказался в черте города, а впоследствии и среди жилых кварталов, образовавшихся на месте вошедших при этом в черту города селений.
             Остался на своем месте и квартал обмывалыциков мертвых, которых охранял к тому же внушаемый ими суеверный страх и нежелание обидеть людей, которые рано или поздно могут понадобиться каждой семье. Возможно, к раннему времени относился и хауз этого квартала, водой которого до самого конца его существования пользовались только семьи обмывалыциков мертвых.
             В джариб Мурдашуён мы включили 15 кварталов: Мавлоно Асири, Пустиндузон, Мурдашуён, Мир-карача, Арроки мисгари, Надир-Ваис, Хазрати Хизр, Хаузи лесак, Куйи хонако, Мусурмон-энага, Дуст-чурогоси, Равгангарон, Мачити бесутун, Мухаммад-ёр-атолык, Модари хон.



    • Мавлоно Асири

                115. Квартал Мавлоно Асири (имя духовного лица).
               Квартал состоял из 70 домов (Т, 1930 — 68 домов). На-селение было таджикоязычное, в большинстве занималось ремеслами, Здесь жили мыловары, мастера по отливке свечей, шитью овчинных шуб и меховых шапок. Кроме того, здесь были представители строительных ремесел, главным образом каменщики.
               Мечеть считалась в то же время и медресе, так как вокруг дворика было выстроено 11 келий для учащихся.
      Мост Пули ошукон в квартале Мавлоно Асири Здание было из жженого кирпича, с плоским балочным перекрытием, а кельи — купольные. Считалось, что под мечетью находится могила «святого» Мавлоно Асири, который якобы был поэтом при дворе Исмаила Саманида (аз шоирони Поччо Сомони). Однако никаких внешних признаков могилы не было: в мечети не было ни надгробия, ни шеста (туг), которым обычно обозначалось место погребения «святого». Недалеко от мечети находилась тахоратхона, которая представляла собой простую каркасную постройку. Школа помещалась в старинном купольном здании, которое было разрушено уже после революции, при проведении через территорию квартала широкой мощеной улицы. Второе медресе было небольшое, известно как медресе Мулло Ахмадджон. По северной оконечности квартала проходил канал Шахр-руд, через него был перекинут старинный мост из жженого кирпича, с арочными пролетами, которых в настоящее время три. В старину же, до произведенной на памяти информатора (Усто Маджида Солихова) переделки, было два пролета. Этот мост известен под названием Пули ошукон~«Мост влюбленных»(285). Некоторые бухарцы приписывали строительство моста Ходжа Ахрору (XV в.). По другому преданию, под одним из пролетов моста находилась могила «святого», почему до недавнего времени верующие ставили там светильники (нукча). Это делалось обычно в тех случаях, когда чье-нибудь заболевание приписывалось тому, что, пройдя мимо «святого» места в нечистом, с точки зрения ритуала, состоянии, человек навлек на себя гнев «святого» и был наказан болезнью.
               Медресе Мулло Асири упомянуто в недатированнои вакуфной грамоте, заверенной печатью Мухаммад Рахим-бия-атолыка (1753-1758)
      (286).



    • Пустиндузон

                116. Квартал Пустиндузон («Тулупники»)(287).
               Число домов, составлявших квартал, осталось невыясненным; так как он считался небольшим, можно думать, что их было два-три десятка. Население было таджикоязычное, занималось ремеслами и торговлей. Несколько семей до самой революции продолжали заниматься пошивкой овчинных шуб (пустиндузи) — ремеслом, давшим имя кварталу. Одному из таких ремесленников приписывается постройка квартальной мечети; в экспликации к плану Парфенова — Фенина она названа Ахмадджон-Пустиндуз. Постройка этой мечети относится, по сообщениям, к середине XIX в.: один из информаторов, ювелир Усто Мухтор Мухсинов, 70 лет, из квартала Кош-мадраса, слышал от своего отца, что мечеть строилась в годы молодости последнего, еще до рождения Усто Мухсинова
      (288)..



    • Мурдашуён

                117. Квартал Мурдашуён («Обмывалыцики мертвых»), или Джиляухона («Помещение для уздечек») (289).
               Название Джиляухона информаторы нередко относили лишь к северной, выходящей к Регистану, части квартала. Одна из улиц квартала, на которой находились ряды мастеров по изготовлению ослиных и верблюжьих седел (тукум), носила название Тукумдузи и нередко также выступала в сообщениях как самостоятельная часть квартала.
               Квартал считался довольно большим, он состоял из 60— 70 домов (Т, 1928 —указан квартал Джиляухона, состоявший из 51 дома). Население было в подавляющем большинстве таджикоязычное, лишь 7 семей сипо говорили по-узбекски. Все три части квартала, хотя и объединялись общей мечетью, были настолько обособлены, что для каждой из них число домов указывалось отдельно. Особенно обособлена была основная часть квартала, насчитывавшая 40—45 домов, где жили обмывалыцики мертвых. Они представляли собой замкнутую эндогамную общину. Ее членов, наследственных обмывалыциков мертвых, отделял от остального населения города суеверный страх и брезгливое к ним отношение, С ними не только не вступали в брак, но не ели с одной скатерти, не пили из одной чашки. Однако по законам общинных отношений, связывавших жителей квартала, их, как и остальных членов соседской общины, приглашали на свои пиры (туй) и сами посещали их пиры; но при этом для гостей-обмывалыциков постилалась отдельная скатерть, с которой не ели ни хозяева, ни другие гости. Так же поступали и обмывалыцики, приглашая к себе в гости посторонних. Жившие в квартале представители сословия сипо, а также крупные баи в силу своего привилегировянного положения могли позволить себе некоторые вольности — они не звали обмывалыциков на свои пиры и сами не ходили к ним. Часть квартала, носившая название Джиляухона, состояла из 10—12 домов, другая его часть, Тукумдузи,— из 5—6 домов; их жители занимались изготовлением верблюжьих и ослиных седел, работали в обращенных на улицу лавках мастерских, за которыми находились обращенные в противоположную сторону их жилые дома. Здесь же были мастерские кузнецов, выделывавших кетмени (таш). Неподалеку от лавок седелыциков находилась баня — Хамбоми Тукумдузи. Один из переулков с тупичками был населен семьями «пиявщиков» (шуллукчи) и также носил особое название — Кучаи шуллукчихо («Улица пиявщиков»). В квартале имелось два хауза: один возле мечети — хауз Джиляухона, второй севернее — хауз Мурдашуён. Причиной существования в квартале двух хаузов являлось то же суеверное отношение к обмывалыцикам мертвых, нежелание пользоваться хаузом, из которого они черпают воду.
               В квартале была мечеть, школа и двухэтажное медресе Ходжа Нихоль. По некоторым данным, был и мазар, который в одних сообщениях был назван Шайх Хилвати («Старец отшельник»), в других — Имом Хафси Сагир (Имам Хафс младший)
      (290).В этом квартале находилась также мертвецкая (гарибкашхона), куда приносили трупы казненных, у которых не было родственников, чтобы забрать и похоронить их. Сделать это должны были низшие служащие эмирских учреждений, жители близлежащих кварталов, торговцы, имевшие здесь лавки, и все те, кто хотел таким образом снискать благословение Аллаха и прощение грехов, так как это считалось «богоугодным делом» (савоб) (291).
               Квартал Мурдашуён («Ляби хаузи мурдахо» — «У хауза мертвецов») упомянут в двух грамотах—1794-95 и 1799-1800 гг., где указано, что мечеть квартала носила имя Тарматой-бия
      (292). Квартал Джиляухона упоминается в вакуфной грамоте 1911 г.(293), а название базара Тукумдузон встречается во многих документах архива джуйбарских ходжей, что датирует это название XVI в.(294).



    • Мир-карача

                118. Квартал Мир-карача (имя собственное).
               Квартал прилегал к площади Регистан и состоял из двух-трех десятков домов. Население было таджикоязычное, информатор назвал его таджикским. Большая часть жителей занималась торговлей, некоторые принадлежали к духовенству.
               Мечеть была каркасная. Своей школы не было, дети учились в соседнем квартале Арроки мисгари. При мечети была тахоратхона. Одна из улочек этого квартала носила название «Кучайи сангин» («Каменная улица»); такое название ей было дано потому, что для удобства пешеходов посреди улицы лежало штук двести крупных необтесанных камней, по которым можно было перейти на другую сторону в дождливый сезон, когда глубокая грязь покрывала улицы Бухары.
               Мечеть Мир-карача упоминается в несколышх вакуфных грамотах. Наиболее ранняя заверена печатью Шах-Мурада (что позволяет предполагать, что названия мечети и квартала имеют более раннее происхождение), их названия встречаются и в грамотах 1812 и 1912-13 гг.
      (295).



    • Арроки мисгари

                119. Квартал Арроки мисгари («Аррок медников») (296).
               Значительная часть квартала была занята мастерскими и торговыми рядами медников (мисгар). Жилая часть была небольшая, состояла из 10—12 домов, Население было таджикоязычное, и информатор отнес его к таджикам. Часть жителей занималась изготовлением медной посуды, другая принадлежала к духовенству. Мечеть была простая, каркасная. Несмотря на малые раз-меры квартала, там имелась и школа
      (297).



    • Надир-Ваис

                120. Квартал Надир-Ваис (имя собственное), или Киёу-ходжа («Зять-ходжа») (298).
               Квартал состоял из 40 домов. Население было таджикоязычное и при опросе отнесло себя к таджикам. По роду занятий оно принадлежало к мелким торговцам и духовенству (мулло).
               В квартале имелась своя мечеть, здание которой было простое, каркасное, с балочным перекрытием. Школы не было, дети ходили учиться в соседние кварталы. Святыни квартал также не имел.
               Квартал Надир-Ваис упоминается в вакуфной грамоте 1791-92 г.
      (299).



    • Хазрати Хизр

                121. Квартал Хазрати Хизр («Святой Хизр»)(300).
               Населения в квартале было очень мало — он состоял всего из 7—8 домов. Жители были таджикоязычные, в большинстве занимались торговлей. Здесь были торговцы фабричными тканями (баззоз) и мелкие лавочники. Кроме того, здесь жили ремесленники — жестянщик (тунукасоз) и плотники.
               Мечеть была большая, каркасная; при ней имелось 8 келий для студентов, почему она считалась одновременно и медресе. Школы не было. В примыкающих к кварталу крытых торговых рядах продавали готовое платье
      (301).



    • Хаузи лесак

                122. Квартал Хаузи лесак («Хауз, где лижут»).
               По сообщениям, квартал был маленький, состоял из десятка домов. Однако при обследовании в нем было отмечено один раз 37 домов (Т, 1929), другой раз — 65 (Т, 1930). Население было таджикоязычное, занималось разными ремеслами (в частности, ткачеством) и торговлей. Жили в этом квартале и служилые люди (сипо). В квартале была мечеть, перед ней находился хауз и рынок, на котором торговали птицей. Название квартала объясняется характером имевшейся здесь святыни. Она представляла собой болыной камень, якобы вытащенный из хауза. По легенде, в хауз упало имя пророка Мухаммеда (номи хазрат галтидаги), которое и передало этому камню волшебную силу. Считалось, что он «развязывает язык» и исцеляет от косноязычия. Поэтому сюда приводили детей, отдаваемых в школу, и заставляли их лизать камень или слизывать с него специально налитое на него кислое молоко. Это делалось преимущественно в месяц рамазан, когда у мечети этого квартала бывали ритуальные гулянья (сайль), во время которых и совершался обряд лизания камня. С той же целью его совершали и взрослые люди, например перед тем, как держать ответ в суде. Квартал Хаузи лесак упомянут в грамоте 1795-96 г.
      (302), вероятно, это название относится к значительно более раннему времени, об этом свидетельствует архаический характер культа, локализованного в этом квартале



    • Куйи хонако

                123. Квартал Куйи хонако («Квартал Хонако»).
               Квартал состоял из 84 домов (Т, 1928—120 домов). Население было таджикоязычное, но считало себя узбеками.
      Улочка в квартале Куйи хонакоЗанималось в большинстве торговлей. Некоторые были «дехканами» (дехкон): они имели за городом земли и жили на доход с них. Мечеть была старинная, купольная, в ней происходили религиозные радения. К мечети примыкала школа и имелись кельи для студентов. За мечетью помещалась святыия — мазар Садри Бадри Майдони («Садр(303), по имени Бадр из Майдона»), или Шайх Бадри Майдони («Старец Бадр из Майдона»). Мазар представлял собой мавзолей, в котором находилось несколько надгробий. Там был похоронен, по преданию, «святой» Садри Бадри Майдони вместе со своими братьями и родственниками (ака-укохошон-кати). Этот «святой», согласно преданию (в качестве источника которого была указана книга «Таварихи тавозиъ»), жил в то время, «когда на месте осушенного болота было построено медресе Мири Араб»(304), Приехавший из Балха Садри Бадри Майдони начал якобы читать в медресе лекции (дарс яля кардаги), и у него появились мюриды. Он жил и был похоронен в квартале Куйи хонако. При мазаре имелись кельи, предназначавшиеся для тех, кто дал обет провести в одиночестве и молитве 40 или 10 дней (чилля ё даха мешиштан). Квартал Куйи хонако упомянут в вакуфных грамотах 1855-56 г. и более ранней, недатированной, но заверенной печатью Шах-Мурада. Вероятно, это была копия более старой грамоты(305),



    • Мусурмон-энага

                124. Квартал Мусурмон-энага (Мусурмон — мусульманин, здесь имя собственное; энага — придворный чин).
               Квартал состоял приблизительно из 40 домов. Население было в болынинстве таджикоязычное, исключение представляла семья крупного сановника-узбека, Ёвкочты-бека, бывшего при дворе в должности дастархондора
      (306). Отец и дед Евкочты-бека также были сановниками. Сам Ёвкочты-бек родился при Музаффар-хане, в ночь, когда были разбиты и бежали подступившие к Бухаре враги— в память этого события ему и было дано его имя (307), Этот сановник жил в находшшемся в квартале большом казенном доме, который полагался ему по должности. Жители квартала занимались преимущественно торговлей. Были здесь также и ремесленники, больше всего шапочники, выделывавшие очень принятые в Бухаре меховые шапки (телпак).
               В квартале были мечеть и большое двухэтажное медресе, известное как медресе Уткур-кушбеги, вакф в пользу которого был пожертвован в 1860 г. эмиром Насрулла-ханом
      (308). Своей школы квартал не имел, дети ходили в соседний квартал Равгангарон. Святыней считалась могила «святого», над которой был выстроен небольшой мавзолей (гурхона), отмеченный шестом с хвостом яка. Название мазара установить не удалось(309).



    • Дуст-чурогоси

                125. Квартал Дуст-чурогоси (Дуст — имя, чурогоси — придворный чин) (310).
               Квартал был очень большой, состоял из 120 домов. Население было таджикоязычное, часть его (28 домов) составляли форсы, ассимилировавшиеся с местным населением и ставшие суннитами. Все они вели свой род от Усто Иброхим-пиллакаша, который приходился прадедом старшему поколению этих семей. Усто Иброхим, по приблизительному подсчету родившийся в последней четверти XVIII в., пришел в Бухару из Ирана еще юношей, здесь он обосновался, женился и остался навсегда. Некоторые его потомки занимались наследственгюй профессией — размоткой коконов. Коренные жители квартала были преимущественно торговцами, торговали меховыми шапками (телпак), несколько человек вели мелочную торговлю овощами.
               Мечеть была из жженого кирпича и раньше имела купольный свод, потом купол обвалился и было сделано балочное перекрытие. В мактабе сохранился купольный свод. Была здесь также школа для девочек, на дому у учительницы, Святыней квартала считалось жилище «святого» ишана Имло
      (311). Оно давно разрушилось, там был построен жилой дом; считалось, что на месте его передней (дахлез) когда-то была келья (чиллахона) «святого».
               Квартал Дуст-чурогоси упомимается в вакуфной грамоте, заверенной печатью Шах-Мурада
      (312). Возможно, строителем мечети был тот Дуст-Мухаммад-чухраогоси, который приложил руку в качестве свидетеля к купчей 1710-11 г.(313). Народное предание считает Дуста-чурогоси тем самым лицом, которому приписывается строительство мечетей в кварталах Мир-Дустум и Ходжа Зайниддин(314).



    • Равгангарон

                126. Квартал Равгангарон («Маслоделы»).
               Квартал состоял из 40—45 домов (Т, 1928 и 1930 — 42 до-ма). Население было таджикоязычное. Часть жителей занималась ремеслами, связанными главным образом с изготовлением одежды: здесь жили «зехдузы», занимавшиеся обшиванием халатов тесьмой (зех), узор которой выплетался на пальцах. Они работали в основном по заказам из арка, причем в работе принимали участие как мужчины, так и женщины. Другие же занимались изготовлением тюбетеек (каллапуш) из бархата и других иенных тканей или шили на продажу халаты. Несколько ремесленников делали ножны для ножей и сабель (гилофдуз). В квартале жили также мыловары и 5 домов было вязалыцикое веников (джоруббанд). Что касается маслоделов, на наличие которых указывает название квартала, то на памяти информаторов их там не было. Часть жителей квартала занималась торговлей, как мелкой, так и крупной. Среди богатых купцов былн торговцы каракулем (5 — 6 семей), один ростовщик по имени Наими бонк (от русского «банк»), который получил свое прозвище вследствие того, что постоянно имел дело с банком и через него осуществлялась связь между банком и канцелярией кушбеги. В том же квартале жил дядя (со стороны матери) эмира Алим-хана — Сиддик-хон-тюра
      (315). При последнем эмире он был в опале и находился под домашним арестом (хабси аз остона дарун). Он был человек ученый, астроном, писал книги и имел большую библиотеку. Освобожденный из-под ареста после революции, он работал в Государственной библиотеке, куда перевез и сдал несколько тысяч своих книг. Затем он получил разрешение на выезд в хадж, по слухам, из Аравии проехал в Афганистан, потом на Памир и там умер. Мечеть квартала имела балочное перекрытие, такой же был мактаб, при котором имелась так называемая сакохона — помещение, где стояла корчага с водой, которая обновлялась ежедневно. Около корчаги лежал черпак (тумча), сделанный из тыквы, на длинной ручке. Вода была к услугам тех, кто испытывал жажду. В квартале были также два медресе — медресе Хусайн-бой и медресе Ходжа Зохид, они стояли рядом. По некоторым данным, к этому кварталу относилось также медресе Уткур-кушбеги, которое, по другим сведениям, находилось в квартале Мусурмон-энага. По народному преданию, оно было выстроено при мангыте Рахим-бие, т. е. в середине XVIII в. Имелся в квартале хауз, известный как Хауз дастархончи. Как указывает его название, постройка хауза приписывалась какому-то сановнику в чине дастархончи (распорядителя ханского стола). Этот хауз, как говорили, был вырыт при эмире Музаффар-хане, т. е, во второй полов«не XIX в. По хаузу стала называться и часть квартала, примыкавшая к нему.
               Квартал Равгангарон встречается в грамоте 1642-43 г., он также упомянут под своим полным названием — Сари пули равгангарон («У моста маслоделов») в грамоте 1735-36 г.
      (316).



    • Мачити бесутун

                127. Квартал Мачити бесутун («Мечеть без столбов»).
               Квартал состоял из 32 домов (Т, 1929 — 14 домов). Население было таджикоязычное, информатором отнесено к таджикам. Сам он происходил из семьи узбеков, перешедших на таджикский язык, их предки переехали из селения Пирмаст в конце XIX в. Большинство жителей занималось различными ремеслами; здесь жили каменщики, мастера по изготовлению свечей, золотошвеи, тюбетеечники (каллапушдуз), пекари. Выходцы из Пирмаста были гончарами, изготовлявшими из необожженной глины печи для выпечки лепешек. Их было четыре семьи, все между собой родственники. В квартале жили также муллы и торговцы.
               Мечеть отличалась своеобразной архитектурой: ее потолок типа тахта-мурабба состоял из отдельных дощечек и в отличие от обычной конструкции таких зданий не поддерживался столбами или столбом, стоящим в центре. Эта необычность конструкции породила легенду о том, что потолок мечети был перенесен чудесным образом, в одну ночь, и утром оказался на месте. Причиной участия в постройке мечети сверхъестественных сил считалось наличие под мечетью могилы Кутейбы (имом Кутайба)
      (317), которая, однако, не имела никаких внешних признаков — была скрыта в земле. По мнению других информаторов, здесь была не его могила, а «кадамгох» — место, где ступала его нога. Эта легенда делала мечеть квартала и его святыней. Второй святыней была могила (вероятно, также мнимая) «святой» Биби Мохрух («Луноликой госпожи»). Этот мазар, отмеченный шестом с хвостом яка, находился у самой стены бани, известной под названием «Обу оташ» («Вода и огонь»). «Луноликая госпожа» считалась покровительницей рожениц, почему перед родами женщины совершали паломничество к мазару, жертвуя при этом большой кусок ваты: его клали на водосточный желоб (нова), женщина пролезала под желобом, в который в это время кто-нибудь лил воду, «чтобы роды прошли так же легко и быстро, как стекает по желобу вода».
               Мечеть квартала Мачити бесутун упомянута в вакуфной грамоте 1695-96 г.
      (318).



    • Мухаммад-ёр-атолык

                128. Квартал Мухаммад-ёр-атолык (имя знатного лица, бывшего в чине атолыка) (319).
               В квартале было 29 домов (Т, 1929). Жители квартала были таджикоязычные (кем они себя считали, осталось неизвестным), Среди них было много ремесленников: каменщиков, саиожников (махсидуз), ювелиров, портных (мошиначи). Некоторые семьи шили и продавали легкие тюбетейки (аракчин). Жили тут и ткачи шелка, работавшие в ткацких мастерских Джуйбара. Одна семья занималась набивкой узоров черного цвета на платки из бумажной ткани обычной среднеазиатской техникой, только без нанеселия красного цвета, вследствие чего не было нужды варить орнаментируемую ткань. Нанеся на нее узор штампами для черного цвета, ее сдавали заказчикам неотмытой,— это производилось ими дома. Обычную набойку в черный и красный узор этот , мастер не делал.
               Мечеть была очень большая и называлась хонако по типу своей архитектуры — наличию купольного свода. Радений там не происходило, по крайней мере на памяти информаторов. Мечеть использовалась и для ежедневных пятикратных намазов, и для пятничных, общих; на них, видимо, приходили и из других кварталов. Школы.в квартале не было, дети ходили учиться в квартал Амири. Достопримечательностью было большое двухэтажное медресе Турсунджон, которое по своему значению стояло в Бухаре на четвертом месте, там проводили занятия старшие муфтии (муфтихойи калон)
      (320).
               Соборная мечеть Мухаммад-ёр-бий-атолык упоминаегся в грамоте 1668-69 г.
      (321). , причем указано, что она находится в квартале Бозбри нау. В грамоте 1750-51 г. упоминается мечеть Мухаммад-ёр-бий в квартале Ходжа Абульхафиз-аълам, а в грамоте 1824-25 г. говорится уже о квартале Мухаммад-ёр-атолык(322). . Предположить, что речь идет об одном и том же квартале и что Мухаммад-ёр-атолык и Мухаммад-ёр-бий одно лицо, трудно, так как между первым и третьим документом слишком большой хронологический разрыв (почти в сто лет), причем низший титул мы находим в более поздней грамоте. Видимо, имя Мухаммад-ёр носили два человека.



    • Модари хон

                129. Квартал Модари хон («Мать хана» — имеется в виду, что мечеть построена на средства матери хана).
               Более полное название квартала — Модари хони ляби руд («Мечеть матери хана, построенная на берегу реки»). Квартал состоял из 45—50 домовладений. Население было таджикоязычное, занималось ремеслами (ювелиры, медники) и торговлей. Здесь жили и мелкие лавочники (дукондор), и крупные (савдогар, бой). Среди населения имелись и муллы.
               Мечеть квартала была старинная, с купольным сводом, при ней имелось 9 келий для учащихся в медресе, почему она называлась одновременно и медресе. Во дворе мечети была тахоратхона и колодец. В квартале имелась школа и святыня. К этому кварталу относился большой караван-сарай старой постройки, он назывался Саройи Урганджи, в нем останавливались купцы из Хорезма, привозившие оттуда, в частности, яблоки, которые хранились и продавались в этом караван-сарае.
               Квартал Модари хон упомянут в недатированной грамоте, оформляющей пожертвование в пользу «мечети и медресе» этого квартала, сделанное эмиром Насрулла-ханом
      (323). Это могло бы служить намеком на то, что мечеть была построена его матерью. Однако последнее исключено, так как правители мангытской династии титула хана не носили. Это заставляет предполагать, что название мечети относится к более раннему времени.





    ПРИМЕЧАНИЯ285 По объяснению информатора, слово «ошукон» понималось в су-фийском значении: в смысле любви между мюридами и их духовным руководителем — пиром или ишаном.

    286 ГА, ед. хр. 36. Сообщение 80-летнего жителя этого квартала.

    287 В Бухаре имелось два квартала Пустиндузон (см, № 23).

    288 Сообщение Усто Мухтора Мухсинова.

    289 О значении термина «джиляухона» см.: А. А. С е м е н о в, Бухарский трактат о чинах н званиях,—«Советское востоковедение», V, М—Л 1948, стр. 150, прим. 77.

    290 Мазар имама Хафси Кабира («старшего»), как известно, был за Имамскими воротами и представлял собой одну из наиболее популярных святынь Бухары.

    291 Сообщения Вафоджона Бакоева, 67 лет, из квартала Куйи хонако, жителя квартала Мавлоно Асири, 80 лет, и др.

    292 ГА, ед. хр. 186 и 203.

    293 Собрание грамот ИВ АН УзССР, ед. хр. 306. 2М «Из

    294 «Из архива шейхов Джуйбари», стр. 28, 64, 316.

    295 ГА, ед. хр. 305, 451. Описание составлено по сообщеиию жителя квартала Надир-Ваис, 78 лет.

    296 Значение слова «аррок» неясно (может быть, производное от «арк» по образцу арабского множественного числа).

    297 Сообщение жителя квартала Надир-Ваис, 78 лет.

    298 Узб. «киёу» является синонимом тадж. «поччо». Объяснение этого названия см. в описании квартала Поччо-ходжа (№ 4).

    299 ГА, ед. хр. 306. Описание составлено по сообщениго жителя этого квартала, 78 лет.

    300 Хизр — один из наиболее популярных на Востоке «святых», о котором Бартольд говорит, что «в образе Хизра сплелись в одно целое легенды различных племен и народов, от вавилонского Гильгамеша до ветхозаветных Еноха и Ильи» (В. В. Б а р т о л ь д, Ислам,— Сочинения, т. VI, стр. 116). По легенде, святой Хизр — вечный странник, который бродит по миру, делая чудеса и помогая людям. В Узбекистане имелось немало мазаров, которые считались местом, где ступала нога этого святого. Очевидно, такая святыня была н на месте мечети квартала Хазрати Хизр в Бухаре.

    301 Сообшение Мулло Ашура, нз квартала Ходжа Зайнидднн, ок. 70 лет.

    302 ГА, ед. хр. 129. Описание составлено по сообщению жителя квартала Надир-Ваис, 78 лет.

    303 С а д р — духовный чин или должность.

    304 Медресе Мири Араб (XVI в.) находится на территории шахристана, где подпочвенные воды стоят очень <низко. Однако надо сказать, что и на этой территории были выходы подпочвенных вод на поверхность, где образовывалясь болота.

    305 ГА, ед. хр. 199 и 494. Сообщения жителей этого квартала Мулло Умода, 70 лет, Бакоева, 45—50 лет, и жителя квартала Мавлоно Асири, 80 лет.

    306 Дастархондор — человек, ведавший столом эмира.

    307 Ёвкочты — узб. «враг убежал». Это имя было, по-видимому, употребительно среди узбекской знати. О сановнике с этим именем, жившем в конце XVIII в., упоминается в «Гульшен ал-мулук» (см. рук. ИВ АН УзССР, № 1507, л. 1616).

    308 ГА, ед. хр. 37.

    309 Сообщение жителя квартала Дуст-чурогоси — суфи Нарзикула.

    310 По А. А. Семенову, второй чин снизу, этимологически — «начальник придворных пажей"... в действительности же он являлся „цензором нравов" (раисом) стремянных... в XIX—XX столетиях лица в этом чине уже не имели определенной должности» («Очерк устройства.,.», стр. 60).

    311 Об ишане Имло см. описание квартала Эшони Имло (№ 80), где, по преданию, также находилось жилище этого лица.

    312 ГА. ед. хр. 76.

    313 «Документы к истории аграрных отношений в Бухарском ханстве», вып. I, Ташкент, 1954, стр. 115.

    314 Сообщения жителя квартала Дуст-чурогоси, суфи квартальной мечети, Нарзикула, около 1890 года рожд., одного из потомков Усто Иброхима.

    315 В экспликации к плану Парфенова — Фенина его дом назван «казенной квартирой Мансур-хана, брата эмира». Возможно, Мансур-хан жил лри предшественнике Алим-хана, Ахад-хане, и приходился ему братом.

    316 ГА, ед. хр. II 5, 478. Сообщения Мулло Умода, 70 лет, из квартала Куйи хонако, Садилло Мирзоева, 76 лет, из квартала Усто Рухи и Бахрома Джураева, 76 лет, из квартала Мирджон-кельды.

    317 Кутайба — арабский полководец, захвативший в начале VIII в. Бухару и насаждавший здесь ислам.

    318 ГА, ед. хр. 494. Сообщения жителя этого квартала, ок. 1880 года рожд., и жителя квартала Дуст-чурогоси — суфи Нарзикула.

    319 Хитул «атолык» носил первый чиновник ханства до мангытской династии, потом он был отменен.

    320 Сообщения жителя этого квартала, очень преклонного возраста, и жителя близлежащего квартала Амири, слесаря, ок. 1880 года рожд.

    321 ГА, ед. хр. 8.

    322 ГА, ед. хр. 10,306

    323 ГА, ед. хр. 54. Описание составлено по сообщениям жителя квалтала Дуст-чурогоси — суфи Нарзикула и др.

     
    « Пред.   След. »
    JoomlaWatch Stats 1.2.9 by Matej Koval

    Сегодня 17 декабря, понедельник
    Copyright © 2005 - 2018 БУХАРСКИЙ КВАРТАЛ ПЕТЕРБУРГА.
    Страница сгенерирована за 0.000026 секунд
    Сегодня 17 декабря, понедельник
    Информационно-публицистический портал
    Санкт-Петербург
    Вверх