logo
buhara
 

Суфизм

Новости - Мысли


И.Калинин
СУФИЗМ

"Обычный человек раскаивается в своих грехах, избранные в своей невнимательности".
Зун-Нун Мисри

Среди всех народов и во все времена существовало знание о тайной, специальной, высшей форме знания, доступного человеку после прохождения через трудные обстоятельства и определенные испытания на пути нравственного совершенствования. Люди, прошедшие этот трудный путь духовных исканий и ставшие нравственными и духовными ориентирами для своего времени и окружения, были во все века и у всех народов, только назывались они по-разному. В Индии их называли Махатмы и Махариши, в Греции - мудрецами, в древней Иудее - пророками, в Египте - посвященными, в христианских традициях - святыми и подвижниками, на Ближнем Востоке их называли суфиями. И хотя называли их по-разному, объединяло их одно - то, что они знали, что источних всех религий един и постоянен, и главной основой всех религий и верований является одно - истина. Они "несли свет истины во тьме человеческого неведения".
Каково происхождение слова "суфизм"? Существует несколько точек зрения. В одном случае считается, что корни его в слове "суф", что, в переводе с арабского, означает "шерсть". Известно, что шерстяные плащи носили философы Греции, первые христиане-подвижники, тибетские монахи. Вероятно, этим словом арабы называли любого аскета вне зависимости от его религиозной принадлежности. В другом случае считается, что "суф" означает "чистый" (чистый от невежества, ханжества, догматизма, эгоизма и фанатизма так же, как и от кастовых, расовых, национальных или религиозных различий). Некоторые считают, что слово "суфи" происходит от греческого слова "софия", что, в переводе с греческого, означает "мудрость". А крупнейший современный ученый-суфий Идрис Шах считает звуки, передаваемые буквами "С", "У", "Ф" (в арабском написании "Соад", "Вао", "Фа"), важными в их воздействии на умственные процессы человека и способными вызвать в нем переживания высшего порядка. Следовательно, суфии - это люди СССУУУФФФа.
Точно также существует много точек зрения относительно происхождения суфизма. Одни авторы говорят, что суфизм развился из исторического Ислама, при этом ссылаются на некоторых суфийских авторитетов, другие заявляют, что как раз наоборот, суфизм - это реакция против позиций Ислама. Третьи считают, что суфийские идеи вышли из христианства, или же что их частично или полностью можно отнести к влиянию персидского зороастризма, что они идут из Китая или Индии. Сами суфии утверждают, что суфизм - это эзотерическое учение в контексте Ислама, с которым он считается вполне совместимым и, вместе с тем, много шире его. Авторитетный суфий Сухраварди, считавший себя наследником "хранителей Божественного Логоса", подчеркивал, что суфизм есть форма мудрости, используемая преемственным рядом мудрецов, которая не заканчивается на Мухаммаде, а простирается до таинственного Гермеса из Египта, которого он называл "прародителем мудрецов", давшему начало двум ветвям мудрости: "восточной" и "западной". К "восточной" он относил героев Авесты - царей-мудрецов Гайомарта, Феридуна и Кай-Хосроу, а также Заратустру. Их продолжателями на почве Ислама были суфии ал-Бистами, ал-Харакани, ал-Халладж. "Западную" или "греческую" ветвь представляли Асклепий, Эмпедокл, Пифагор, Платон.
Современный ученый-суфий С.Х.Наср считает, что суфизм - неизменное, вневременное знание. "Строго говоря,- пишет он,- нет нужды говорить об истории суфизма, потому что по своей природе он ее иметь не может". И в другом месте: "Обычными историческими мерками нельзя мерить происхождение и истоки произведений какого-либо суфийского автора, ибо на суфия ... вдохновение снисходит "вертикально" и не зависит от "горизонтальных" влияний".
В заключение можно сказать, как говорят сами суфии: "Суфизм - это путь всех религий".

Исторический обзор развития суфизма в эпоху Ислама.

В годы правления Мухаммада и его двух первых заместителей - Абу Бакра и Омара, арабское общество Мекки и Медины представляло собой религиозную общину, в которой светской власти в полном смысле этого слова не было, власть была духовная, которая воспринималась как непосредственное веление Аллаха. Жизнь первых халифов (Абу Бакра и Омара) мало чем отличалась от образа жизни любого члена общины. Характер власти стал меняться при третьем халифе Османе, хотя источники и утверждают, что он был носитель святости и благочестия, представитель совестливости, но известно, что начавшиеся при нем волнения, приведшие к его гибели, были вызваны тем, что началось материальное обогащение правящей верхушки. После убийства Османа начинается борьба за власть и начинаются дела человеческие. Власть захватывает представитель рода Омайн. С этого времени власть халифов становится все более светской, функции духовной власти переходят все более к Корану, который давал ответы на каждый вопрос, и тогда создаются "хадисы" или воспоминания ближайших сподвижников пророка по поводу того, что говорил он по поводу различных ситуаций и как поступал. Создается своего рода профессия "мухадисов", собирателей и толкователей "хадисов", которые объединяли в себе всю сумму богословских и юридических знаний эпохи. Постепенно к мухадисам выдвигается следующее требование: доверие к нему возможно лишь тогда, когда он не только передает хадисы, но и соблюдает их. А соблюдать хадисы означает пытаться воспроизводить в своей жизни во всех деталях жизнь основателя Ислама, а это жизнь аскета, полного трепета перед Богом и избегавшего всего, что может считаться запретным, и именно здесь начинает оформляться аскетическое течение, впоследствии названное суфизмом. Термин "суфи" еще не существует, обычно людей этого типа называют "захид" - отшельник или "абид" - служитель Божий, отличало их от обычных верующих лишь повышенная интенсивность восприятия религии и отличия в религиозной практике. Так, исходя из рекомендаций Корана (с.II.147) "... и поминайте Меня, дабы Я помянул вас...", они уделяли большое внимание поминанию одному из 99 имен-аспектов Бога с определенными дыхательными упражнениями в течение длительного времени. Постепенно рядом с этой практикой начинает развиваться своеобразное самонаблюдение - контроль за психическим состоянием. Важная роль в разработке теоретической базы этого самонаблюдения принадлежит ал-Мухасиби (Багдад IX век), он разработал метод самонаблюдения, в котором ставилась задача проследить соотношение между внешними действиями человека и намерениями его сердца. Крайне тщательный анализ самых сокровенных помыслов и движений души приводит его к установлению понятия ХАЛ - экстатического состояния, внезапного озарения. Книга Мухасиби представляет собой целое руководство по организации внутренней жизни в направлении морального очищения. Другого основателя, ал-Бисри,- называют создателем науки о "сердцах и помыслах, и о человеческих намерениях". Его книгам присущ глубокий анализ мельчайших движений души человека, скрытых мотивов его поступков, внимание к личному переживанию и внутреннему осознаванию религиозных истин. И в высказываниях, и в проповедях их аскетов-учеников и последователей появляются мотивы бескорыстной любви к Богу, неизбывной любви по Нему, стремления сблизиться с Ним. С этого времени они становятся характернейшей особенностью и отличительной чертой суфийской идеологии, придав ей отчетливый мистический оттенок.
В противовес официальной религии, проповедовавшей страх перед карающим Богом и страшным судом, мистики учили своих последователей любви к Богу, к Его Абсолютной, непреходящей Красоте. Мистик стремится к постижению Высшей Истины, не требуя ничего взамен. Высшей целью у мистиков является мистическое воссоединение с Богом. "Мы не боимся ада и не желаем рая",говорили суфии.
Одним из первых мистиков у суфиев считается Рабия-эль-Адавийэ, по словам которой "любовный пыл к Богу сжигает сердце". В житиях суфийских святых Аттара про нее приводится следующий рассказ: "Однажды Рабию спросили: "Ненавидишь ли ты дьявола?" "Нет",- ответила она. "Почему же?"- спросили ее тогда. Она сказала: "Потому что любовь моя к Богу не оставляет мне время ненавидеть дьявола".
Показательно и высказывание шейха Харакани. Он сказал: "Господь окликнул мое сердце: "Раб мой, что надо тебе? Проси!" Я сказал: "О Боже, разве мне не довольно Бытия Твоего, чтобы просить что-либо еще?"
Суфийские мистики утверждали, что при полном углублении в медитацию о любви к Богу, о единстве с Богом, может зародиться чувство полного уничтожения "я", человек исчезает, остается только Бог. К этому состоянию они прилагают название "фана" (небытие). Это название с конца IX века становится техническим термином суфизма и приобретает огромное значение, ибо именно фана в большей части суфийских школ начинает признаваться конечной целью путника тариката (суфийского пути). Сам путь мистического самоусовершенствования делился на три основных этапа: шариат - есть начало пути познания, свод мусульманских религиозных законов, он еще не может относиться к суфизму в узком смысле слова, но вместе с тем этот этап необходим и для суфия, ибо, не пройдя его, нельзя вступить и на дальнейший путь (5 столпов Ислама). Тарикат - или путь духовного совершенствования, который содержит различные морально-психологические методы, при помощи которых человек, ищущий самосовершенствования, может быть направлен к цели кратчайшим путем. Это своего рода путеводитель духа, ищущего Бога.
Тарикат означает духовную жизнь путника на пути познания Бога, независимо от того, к какому ордену или шейху он принадлежит. Каждый путник, избравший суфийский метод познания Истины, имеет свой личный, индивидуальный, ему самому свойственный духовный мир. Потому шейхи-суфии говорили, что количество путей к Богу соответствует количеству путников.
Термин "тарикат" может заменяться почти равнозначным "сулук" (странствие), а путник на этом пути получает название "салик" (странник). Поскольку вводится образ странствия, то вводится и образ стоянок на пути. Стоянки эти обозначаются термином "макам". Каждый из макамов представляет собой известное психическое состояние, свойственное данному этапу. Число и характеристика стоянок у различных суфийских авторов варьируется. Назовем основные, повторяющиеся почти у всех авторов:
1. Тауба или тавба (покаяние) - решимость порвать с обычным формальным отношением к шариату и отдаться самоусовершенствованию. Меняется ориентировка человека, наступает полная ориентация его помыслов к Богу.
2. Вара (осмотрительность, благочестие) - путник должен стараться не причинить никому зла. Суфийский святой Шибли говорил, что вара разделяется на три вида: 1 - предостерегать язык от бессмысленных высказываний и не вмешиваться в чужие разговоры, 2 - избегать всяких сомнений и держаться в стороне от подозрительных и запретных намерений, 3 - воздерживаться от неблагородных и аморальных поступков. Вара считается последней ступенью для верующих и первой ступенью для суфия. “Пять требований Ислама”
1 - исповедывание веры,
2 - пятикратное произношение молитвы в сутки,
3 - соблюдение поста Рамазана,
4 - паломничество в священный город Мекку,
5 - выплата заката (приношение жертвы во имя Аллаха).
3. Зуфд (воздержанность, аскетизм) - начинается избежанием мирских благ, ведением аскетического образа жизни. Здесь возможны всякие оттенки: воздержанность от греха, от излишеств, от всего, что удаляет от Бога, от всего преходящего. Постепенно происходит эволюция понятия "зуфд": начиная с отказа от хорошего платья, пищи, женщин, расширяется до отказа от всякого душевного движения и всякого желания.
4. Факр (бедность, нищета) - первоначально это добровольное обречение себя на нужду, обет нищеты, отказ от земных благ, но в дальнейшем это понятие спиритуализируется. В свете высказывания пророка "Нищета - моя гордость", факр уже понимается не только как материальная бедность, а как сознание своей нищеты перед Богом, т.е. сознание неимения ничего своего, что не проистекало бы от Бога, до психических состояний включительно.
5. И, как производная предыдущих двух ступеней, 5 ступень - фабр, сабр (терпение) - основная добродетель суфия. Этот термин имеет множество различных определений, суть которых сводится к покорному приятию всего, что трудно переносимо. Как говорит Джунайд, "терпение - проглатывание горечи без выражения неудовольствия". Сабр в высших своих проявлениях приводит к бесстрастию, спокойному приятию как ниспосланной благодати, так и испытаний.
6. Таваккул (упование на Бога) - отречение от своей собственной воли и полное упование на волю Бога. Отсюда распространенное в среде суфиев выражение: "Суфий - сын времени своего", которое означает, что суфий живет только данным текущим мигом, ибо то, что прошло, уже не существует, а будущее еще не наступило и потому тоже реально не существует.
7. Рида, риза (покорность, удовлетворенность) - определяется как "спокойствие сердца в отношении течения предопределения", т.е. такое состояние, при котором человек не только переносит любой удар судьбы, но он даже не может помыслить о том, что такое огорчение. Его помыслы настолько поглощены той высшей задачей познания Бога, что окружающая действительность теряет для него всякую реальность и интерес.
В стадии тарикат путник пути познания Истины должен стараться очистить свою душу и сердце от всех дурных качеств. В его мыслях не должно быть ничего, кроме познания Истины. Иными словами, он обязан уничтожить свое индивидуальное "я", которое считается главным препятствием в достижении цели (т.е. Истины). Путнику необходимо соблюдать определенные требования, его поступки должны быть правильными и соответствовать правилам ступеней тариката. Эти поступки и действия сводятся к 10 видам:
1. Быть убежденным.
2. У путника должен быть осведомленный, знающий наставник, ибо без руководителя, наставника путник не может достичь цели.
3. Быть преданным, покорным учеником и привязанным своему наставнику. Его воля должна всесторонне подчиняться воле наставника.
4. Быть исполнительным. Все действия и поступки он должен совершать по указанию наставника.
5. Отрешение.
6. Быть праведным и благочестивым, честным, честно зарабатывая свой хлеб насущный.
7. Должен соблюдать умеренность в разговоре и беседе с людьми.
8. Умеренность во сне.
9. Умеренность в пище.
10. Предпочитать аскетический образ жизни.
Если, при наличии знающего наставника, путник выполняет все эти условия, он обязательно достигает цели и истина открывается ему. Если же он не выполняет хотя бы одно условие, то он не может благополучно завершить свой мистический путь.
На этом тарикат заканчивается и путник уже подготовлен к переходу на третью и последнюю стадию - хакикат. Как уже отмечалось, макамы - состояния устойчивые, достигаемые путем неустанных стараний путника, путем подвижничества, но на пути духовного подвижничества возникают и другие явления духовной жизни - кратковременные настроения или порывы, налетающие на путника во время прохождения им пути. Эти состояния они обозначили термином "Хал" - эти состояния, в противоположность макаму, собственными усилиями путника достигнуты быть не могут. Это - Божественная милость, ниспосылаемая свыше. Назовем некоторые, наиболее часто упоминаемые. Это курб (близость), т.е. такое состояние, при котором человек ощущает себя стоящим в непосредственной близости к Богу, ощущает на себе взор Бога, махабба - любовь к Богу, подателю всех благ (пример Рабии), раджа (надежда) - проблеск утешения при мысли о всепрощении Бога, итманина (душевное спокойствие) - состояние блаженной уверенности в милости Бога, мушахадда (созерцание) - состояние, в котором путник не только ощущает близость Бога, но как-бы и видит Его, йакин (уверенность) - высшая степень сознания духовного мира, ничем не поколебимая. К этим состояниям иногда причисляется и фана (небытие). Следует отметить, что для большинства суфийских мастеров фана - это не конечный пункт, за фана идет ее логическое следствие - бака (вечность): ощутив уничтожение своего временного преходящего "я", путник погружается в море Абсолюта, а тем самым и ощущает отчетливо, что существует так же вечно, как вечна и Божественная Сущность. Это состояние бессмертия высшее из состояний, доступных для путника.
Таким образом, тарикат завершается, и путник вступает в последнюю стадию - хакикат. Этот термин обозначает подлинное, реальное бытие. Достигнув хакиката, путник познает истинную природу бытия, Бога и сопричастность Ей. Потому-то суфии часто называют себя ахл-ак-хакика (люди подлинного бытия).
Действия путников, прошедших хакикат и достигших ступеней Истины, тоже сводятся к 10 видам:
1. Познание Бога, а после Богопознания познание философии вещей.
2. Примирение со всеми, являющееся главным, основным признаком того, что путник познал Бога. На этой ступени путник ни с кем не враждует, ни с кем не вступает в спор, не отрицает утверждений никаких религий, со всеми проявляет веротерпимость.
3. Быть сочувствующим, чтобы все сделанное им пригодилось людям. Он должен направлять людей на благородные дела, поступки, воспитывать в них чувство взаимоуважения друг к другу своими назиданиями и наставлениями.
4. По отношению ко всем людям быть сдержанным, скромным, иметь одинаковые отношения с разными людьми.
5. Быть покорным и вести свободный, ни от кого не зависимый образ жизни.
6. Уповать на Бога и быть терпеливым.
7. Не быть алчным и стяжателем, ибо основой всяких дурных порочных поступков является алчность.
8. Довольствоваться малым.
9. Стараться принести людям только пользу и не обижать их ни в коем случае.
10. Во всех отношениях и ситуациях вести себя спокойно и хладнокровно.
Такие качества проявляются лишь после того, как путник проникает в сущность духовных путешествий: сайр ил-Аллах (путешествие к Богу), сайр фил-Аллах (путешествие в Боге) и начинает путешествие "С Богом к людям", после которого начинается 4-е путешествие "С людьми к Богу".
Уже в IX-X вв возникает своеобразная общественная организация суфиев. Прохождение тариката требовало специальных знаний, без которых человек, пытавшийся достичь высших духовных озарений, мог жестоко поплатиться, утратив здоровье и разум. Поэтому уже в ранние эпохи устанавливается обычай, по которому желающий идти путем духовных исканий избирал себе духовного наставника, носившего титул шейха или пира (старец), человека уже прошедшего тарикат. Человек, вступающий под водительство шейха, назывался мюрид, ар (желающий) - в сущности покоривший свою волю шейху. Сначала мюрид проходил ряд испытаний, затем мюрид проделывал множество аскетических упражнений, постился, бодрствовал по ночам, читал Коран, проводил по сорок дней в медитациях и молитве, находясь в полном одиночестве. Постепенно упражнения начинают приобретать иной характер. Шейх перестраивает мышление мюрида на мышление образное, символическое и начинает вновь вырабатывать в нем упорство и волю, способные преодолеть любые препятствия. В свою очередь и шейхи, занимаясь экспериментальной психологией, вырабатывали у себя такие свойства, как чтение мыслей, умение вызывать у мюрида гипнотическое состояние и т.д. Такие свойства вызывали огромный рост авторитета шейха и содействовали увеличению числа его последователей. Когда шейх видел, что ничему новому он мюрида научить не может, он давал ему разрешение (иджаз), что давало право мюриду собирать учеников и продолжать дело своего учителя.
Мюриды жили обычно при шейхе в своеобразных общежитиях (ханака), построенных обычно при мечетях, известных гробницах. Мюриды могли жить дома, с семьей и заниматься ремеслом. Мюриды, жившие под руководством шейха в ханаке, обычно назывались факир (араб. нищий) или дарвиш (перс. нищий).
Ранее отмечалось, какое большое значение суфии придавали достижению экстатического состояния, считавшегося особой Божественной милостью, поэтому, неудивительно, что в их кругах уже в раннюю эпоху усиленно искали средства, которые могли бы способствовать вызыванию экстаза. Одно из этих средств вскоре было признано наиболее эффективным. Это была музыка, инструментальная и особенно вокальная, сочетающаяся с художественным словом. Слушание музыки было введено в практику у целого ряда шейхов и получило название сама' (араб. слышать).
Сама' для суфиев - это звук, который изменяет внутреннее состояние слушающего (Шархи Таарруф. 1351). Сама' - это полет человеческой души в сторону своей первоначальной основы, который удается путнику только через действительный, внутренний экстаз. Среди суфийских авторитетов были различные мнения относительно дозволенности участия в сама', но, обобщая все, можно сказать, что заниматься сама' дозволено только тем, кто имеет доброе сердце и умерщвленную плоть. Те, кто лишен этих признаков, должен заниматься молитвой и постом. Позднее к сама' присоединился и танец. Сама' применялось не только на собраниях дервишской общины, но так же и на так называемых "маджлисах" (открытых собраниях, устраивавшихся в ханаках). Такие собрания проводились в определенные дни недели, в определенное время, читавшиеся там стихи должны были выбираться с таким расчетом, чтобы они были понятны присутствующим и соответствовали их вкусам и привычкам. Суфийские шейхи начинают в своих проповедях широко использовать рубаи (четверостишия), т.е. ту стихотворную форму, которая имела народное происхождение. Как правило это была любовная лирика, но акцент делался на любви к Богу. Шейхи предостерегали от такого пения, которое могло вызвать вместо духовного восторга чисто физическую страсть, и, поэтому, шейхи использовали такие стихи, которые легко допускали символическое толкование, поэтому возникает потребность в специальной поэзии, не насильственно толкуемой символически, а уже задуманной как символическая поэзия. Вместе с тем, песенный характер суфийской лирики, ее задушевность, интимность остается отличительной чертой на всем протяжении ее развития вплоть до новейшего времени.
Помимо этого, выступая на маджлисах перед самыми широкими народными массами, шейхи активно использовали притчи, сказки, народные анекдоты. Такие беседы увлекали слушателей, вместе с тем шейхи подводили под рассказ, притчу нужную им теоретическую базу, толковали его применительно к основной теме своей проповеди и добивались того, что именно нужное им толкование становилось основным толкованием притчи для самого широкого круга.~
Таким образом, начинает зарождаться суфийская литература, которая, в конечном итоге, восходит к маджлису, из него вытекает, а тем самым определяются и основные, общие для всей этой литературы черты. Это мистицизм, символизм, демократичность. Постепенно происходит усложнение суфийской поэзии. Поскольку основной темой суфийской поэзии являлась фиксация Хала или мистического озарения, наиболее характерной чертой которой является кратковременность, точнее, вневременность, неподверженность логическому определению, изречения некоторых суфиев начинают облекаться в форму особого заумного языка, и, зачастую, постороннему человеку, не суфию, остаются непонятны. Создаются специальные словари суфийских поэтических терминов. Например, термин "лицо" - или истинная реальность, Истина, миры, имеющие истинное бытие. "Локоны" - эманации, мир эманаций, миры, истинного бытия не имеющие. Лицо и локоны. Один из суфийских авторитетов Лахитджи, поясняет, что под локоном имеется в виду эманации мощи, путем которых Абсолютное Единство снижается и спускается, создавая воображаемую нереальную множественность окружающего нас физического мира.
Длина локона указывает на бесконечность форм проявления бытия и множественность идей. Крутизну локона, замыкающегося в кольцо, суфии трактовали как замыкание мира эманаций на последнем звене - человеке, т.е. можно сказать, что ищущий Бога суфий пойман в кольцо низших миров и должен стремиться к освобождению из него.
"Сотни тысяч сердец подвешены повсюду, Ни одно не вырвалось из Его кольца.
...Локон Его - силок испытаний, а люди мира - дичь Его..."
В мире абсолютном нет противоположностей, вера - понятие, созданное лишь для нашей несовершенной вселенной, откинь покровы идей, и окажется, что вера равна неверию. Отсюда становится понятными так часто повторяемые суфиями слова:
Считается, что мистический эффект изученных в правильной последовательности семи историй Ходжи Насреддина, авторами которых являются суфии, столь велик, что его достаточно для подготовки изучающего к озарению.
"Вера и неверие мое - только лик и кудри Твои. Я остался в цепях неверия, но томлюсь по вере",
т.е. я пребываю в этом мире, где истинная сущность невидима, но томлюсь по проникновению в Мир Единства.
"Я сгорел подобно мотыльку, от свечи Лица Твоего..."
т.е. достиг состояния фана в абсолютном Единстве.
Все это, т.е. символичность и аллегоричность суфийской поэзии, следует иметь ввиду европейскому читателю при прочтении суфийских поэтов для понимания истинного намерения автора.
Несмотря на неоднородность и разветвленность учения суфизма, в нем обычно прослеживается два направления: крайнее и умеренное. К умеренному относились Газали, Джунайд, которые считают, что суфий должен не выходить за рамки шариата, все его высказывания и деяния должны соответствовать предписаниям Корана и преданиям пророка Мухаммада.
Крайними сторонниками суфизма являются суфии, стоящие на позиции "вадхати вуджуд" (единство сущего), которые рассматривают Истину (Бога) и природу в единстве.
То что было до всех и пребудет всегда; В нем прозрачность воды, но она не вода; Это суть без покрова, что лишь для умов, неспособных постичь, надевает покров. О Создатель всех форм, что как ветер сквозной Сквозь все формы течет, не застыв ни в одной.
Ибн ал-Фарид
Природа является следствием божественной эманации. Человек занимает последнее звено в этой эманации. Однако он может не только дойти до познания Истины-Бога, но и сам стать Богом. Предпочитая познание таинственного, сокровенного, они пренебрегали законами и предписаниями шариата, за что мусульманским духовенством объявлялись еретиками, преследовались, а некоторые из них были жестоко казнены. Так один из них Халладж считал, что человек по своей сущности имеет нечто божественное и при помощи личного стремления и освобождения от всех земных, не связанных с божественными качествами признаков, он сам становится Богом; т.е. Истиной для него становится человек, познавший свою сущность. Сущность этой концепции заключена в его выражении "аналхак" - Я есть Истина!"
Крайними суфиями считаются также Аттар, Руми, Бистоми, ал-Араби. С течением времени суфизм разделяется на различные ордена, каждый имел свою определенную организацию. Как правило называются они по имени основателя (муршида). Наставник во время своей деятельности выбирал из учеников (мюридов) своего заместителя, который после смерти наставника занимал его пост и надевал его хирку (шерстяной плащ). Таким образом, хирка передавалась из рук в руки и считалась символом власти в суфийском ордене. Эта цепь духовной преемственности, посредством духовных передатчиков особой системы мистического пути со специфическими для него методикой обучения, особенностями практики (главным образом зикра и инициации) и ритуала, а также соответствующим регламентом образа жизни называлась Силсила (цепь, ряд) и восходила, в конечном итоге, как минимум, к Мухаммаду. Знанию Силсилы в орденах придавалось громадное значение, поскольку ученик через учителя приобщался божественной благодати, которая передается этой Силсилой и без которой невозможно вступить на мистический путь.
Согласно традиции, в исламском мистицизме находится 12 материнских суфийских братств.
Основные ордена сегодня - это Накшбандия, Чиштийя, Кадирийя, Сухравардийа, Мевлавия. Каждый содержится в себе самом, и ни один не враждует с другим. Святые и круг действий иногда бывают общими, основная цель - формирование совершенного человека, идентична всем орденам.
Невидимое правление.
Глава всей суфийской системы - Кутуб, он самый просвещенный из всех суфиев, достигший степени"Васл" (Союз с Бесконечным) и, согласно некоторым авторитетам, правит всем суфийским организмом. Другие говорят, что Кутуб также обладает значительной политической и светской властью. Как правило, его подлинная личность известна немногим. Он поддерживает связь лишь с руководителями орденов. Встречи осуществляются телепатически или посредством "уничтожения пространства и времени". Говорится, что последнее означает то, что суфии степени "Васл" способны мгновенно передвигаться в любое место на физическом плане посредством процесса дематериализации. Кутубу подчиняются четыре представителя - Автады или Столпы, функции которых - поддерживать знание и власть над четырьмя сторонами света и постоянно докладывать о состоянии дел в каждой стороне. Столпам подчиняется сорок Абдалей (Духовно преображенных), в их власти, в свою очередь, находятся семьдесят Нобилей (Дворян), которые, опять же, командуют тремястами Властителями. Суфийские святые, не занимающие иерархического положения, называются Вали.
Суфийские представления о сущности Бытия.
Учитывая неоднородность и разветвленность суфийского движения, трудно сформулировать единую онтологическую концепцию, но все же можно сказать, что наиболее влиятельной в нем является идея единства Бытия (вахдат алвудж), которая является кульминацией в развитии суфийской мысли. Наиболее полно она была сформулирована великим шейхом Ибн Араби. Согласно идеи единства Бытия, мир проявляется на трех уровнях: уровень Абсолюта, уровень Имен (архетипов), уровень феноменального мира. Бытие первого уровня Ибн Араби именует Абсолютом, Богом, Истиной.
"Знай же, что все существующее составляет три уровня, и дополнительного к ним уровня Бытия нет. Я утверждаю, что из этих уровней первый тот, что содержит существование само по себе. Это абсолютное Бытие без ограничений и условий. Слава Ему! Он - Аллах Живой, Вечный, Всемогущий!"
Феноменальный мир является "тенью Божия". Причина возникновения его - плод Божественного стремления проявить себя и, таким образом, "увидеть собственную сущность". Желание это обусловлено "печалью одиночества". Суфии трактуют происхождение мира, как желание Бога проявить Себя, Свою скрытую Сущность. Однако Бог манифестируется не полностью, не до конца: "Он прячется за покрывала темноты, кои суть природные тела, и покрывала света, кои суть тонкие духи, ибо мир сделан из грубой и тонкой материи". То, что в индуистском ведантизме определяется как майя - покрывало, которое Абсолют набрасывает на себя. Таким образом, Божественный акт творения - проявление Творца через сотворенный мир. Суфийский поэт Мирза Галиб писал:
"Что такое мир? Зеркало Истины, Просторы его - место созерцания Божественного лика. В каждой мельчайшей частице Видишь воочию знамение единого Творца".
Творение, таким образом, является переходом из состояния потенциальности в состояние проявленности, т.е. процесс реализации необходимости, каковой является Божественное Бытие, в мире бесконечных возможностей.
Между миром Абсолюта и миром феноменальным существует мир Имен Божьих, который с одной стороны "идентичен с Именуемым (т.е. миром Абсолюта), а с другой стороны отличается от Него своим определенным значением": каждое раскрывает одну из граней Единого, одно из Его свойств. Этим выражается ограниченность каждого имени и его принадлежность к разряду множественности. Считается, что имен или свойств этих 99.
Имена представляют собой сферу, промежуточную между Абсолютным Бытием и ограниченным или материальным миром, и если к первому они находятся в подчиненной зависимости, то по отношению ко второму, они властители, поскольку тот есть их производное, их непосредственная манифестация, т.е. Божественные имена подобны свету, благодаря которым тень Божия отбрасывается на сотворенный им мир. Без света не было бы и тени, но свет невозможен без излучающего его Источника.
"Знай, что Абсолютное Бытие или Бог подобны безграничному океану, в то время как конкретные вещи и индивидуальные бытия - бесчисленные волны или реки. Волны и реки отличаются от океана тем, что определены и специфичны. Но они не отличны от него в смысле своей субстанции и реальности..." (Хайдар Али).
Неисчерпаемость форм проявления Божественного Бытия обусловлена постоянным, непрерывным процессом манифестации: "Божественный порядок есть безостановочное движение, переход из состояния непроявленности (в котором находится Бог как чистая возможность) в состояние проявленности. Таким образом, существующее в мире многообразие производно и вторично по отношению к Единому Божественному Бытию, и, вместе с тем, оно постоянно стремится вернуться к своему первоначальному состоянию: "Вся реальность от начала до конца исходит от одного только Бога и к Нему она возвращается", этот процесс сходен с превращением льда в воду, а затем обратно - воды в лед. Возвращение же к Единому осуществляется Совершенным человеком~, который рассматривается как венец Божественного творения, его завершение".
Суфийские представления о возможности познания Истины.
Будучи прагматиками, суфии основное внимание уделяли не вопросам онтологии, а возможностям и пределам знания, путям и методам его реализации. Основным вопросом для суфиев был: "Можно ли постичь суть Абсолютного Бытия, Истину здесь и сейчас?" И в своих поисках они пришли к выводу, что Бог или Истина человеческим разумом непостижима. Чувственный опыт и основывающиеся на нем заключения разума бессильны открыть Истину. Вместе с тем, суфийские мыслители не отрицали ценности рационалистического знания, но в то же время отмечали ограниченность его возможностей. "Разум великолепен и желателен до тех пор, пока он не приведет тебя к вратам Господа. Но едва ты достиг этих врат, оставь разум... отдай себя в руки Господа; теперь бесполезно спрашивать как и отчего",- писал Руми.
Да упадет завеса с глаз твоих! Пусть будет плоть прозрачна, голос тих,
Чтоб вечное расслышать и взглянуть В саму неисчезающую суть,
Священную основу всех сердец, Где я - творение и я - творец.
Ибн ал-Фарид
Возвращение к Единому (т.е. постижение Истины, сути Бытия) невозможно, если прибегать к рационалистическим методам.
Создание, которое и является главной задачей суфизма.
Мудрость - знание Божественной истины, как говорил ал-Халладж, "находится по ту сторону явленной реальности... по ту сторону сознания, по ту сторону сложившихся традиций и по ту сторону восприятий".
Приемы, позволяющие "вернуться к Единому", разнообразны, но по сути своей идентичны - должное поведение, отказ от земных страстей, от эгоистических желаний, специальные физические упражнения и дыхательная гимнастика, предельная целеустремленность и сосредоточенность. Погруженный в себя, отвлеченный от всего внешнего, мистик учился познавать свои физические и психические способности, регулировать их, достигая состояния покоя или особого типа экзальтации.
Человек, овладевший йогическими или суфийскими приемами, в состоянии многое понять в себе как в биологическом организме и тем самым регулировать физиологические и психологические процессы в нем.
Я только сын Адама, а не Бог, Но я достичь своей вершины смог. И сквозь земные вещи заглянуть В нетленный блеск, Божественную суть. Она одна на всех, и верен ей, Я поселился в центре всех вещей. Мой дух - всеобщий Дух, и красота Моей души в любую вещь влита.
Косности разума, бессильного в постижении Истины, противопоставляется раскрепощающая сила интуиции. Как известно, слово "интуиция" происходит от латинского "intueri", что буквально означает "пристальное всматривание". Ал-Газали писал: "Интуитивное знание иногда идет от Божественного света, находящегося в сердце..." Таким образом, мистическая интуиция ориентирована исключительно на "вглядывание в себя", т.е. на самоанализ, самонаблюдение.
Так отрекись от внешнего, умри Для суеты и оживи внутри.
Уняв смятенье, сам в себе открой незамутненный, внутренний покой.
И в роднике извечной Чистоты с самим собой соединишься ты.
Так писал Ибн ал-Фараби, убежденный в том, что "цель и смысл Пути - в самом себе безмерное найти".
Установка на постижение Истины посредством познания самого себя не является противоречащей требованиям самозабвения, уничтожения личного "я", о котором суфии напоминают постоянно, поскольку здесь имеется ввиду забвение того личностного "я" или эго, которое является феноменальным, во имя обнаружения истинного, сущностного "я".
Разрушил дом и выскользнул из стен, Чтоб получить вселенную взамен. В моей груди, внутри меня живет Вся глубина и весь небесный свод. (Ибн ал-Фарид)
Говоря о высоком предназначении человека быть носителем Божественного, суфии ссылаются на аят Корана (33-72): "Мы предложили залог небесам, и земле, и горам, но они отказались его понести и устрашились его; понес его человек." Невежество человека объясняется тем, что он забыл о своем высоком предназначении и ищет Истину повсюду, но только не в самом себе. Между тем путь к познанию Бога лежит через отрицание внешнего "я" и утверждение "Я" истинного.
Смерть феноменального или личностного "я" открывает путь к сущностному знанию, когда отсутствует расчлененность на объект-субъект и постигается Истина единства Бытия. Проводником суфия на пути постижения Истины является любовь.
Настоящая любовь не имеет ничего общего с человеческой природой потому, что это птица, которая гнездится в вечности. В ней (любви) беспомощны рассудочность науки, расчет догадки, философствование воображения, любопытство природы, представление памяти и расчетливость ума. В ней есть боль и горение, есть страдание и любовь.
Абдуллах Ансори
Сердце является местом обитания любви, и наука сердца противопоставляется рассудочному знанию. В суфийской символике сердце предстает одновременно как вместилище Божественного, так и своеобразным органом мистического познания. Согласно одному из хадисов, Аллах сказал: "Не небеса и не земля, а лишь сердце моего преданного слуги содержит Меня". Оно подобно зеркалу, в котором отражается свет Божий, но чтобы узреть в нем Лик Господень, его необходимо должным образом отполировать. Все усилия вступившего на путь поиска Истины направлены именно на полировку, т.е. на моральное совершенствование.
Любовь суфия всепоглощающа и беспредельна. Она не имеет границ, ибо не исчерпаем источник знаний. Истина всегда остается недосягаемой, подобно страстно желаемой, но недоступной красавице. Поэты суфии обычно изображали мистика как обезумевшего от любви Маджнуна. В одной из притч Дж.Руми, халиф спрашивает Лайлу: "Действительно ли ты та, из-за которой Маджнун потерял голову? Ты ведь не красивее многих других девушек". На что Лайла ему отвечает: "Молчи - ты не Маджнун! Если бы у тебя были его глаза, ты увидел бы два мира. Ты в своем уме, а Маджнун потерял голову. В любви быть в полном сознании - предательство". В представлении суфиев процесс познания сродни опьянению, которое ведет к экстазу, безумству.
"Чтоб охмелеть, не надо мне вина - Я напоен сверканьем допьяна. Любовь моя, я лишь тобою пьян, Весь мир расплылся, спрятался в туман, Я сам исчез, и только ты одна Глядящим внутрь, видна. Так полный солнцем кубок пригубя, Забыв себя, я нахожу тебя. Когда ж, опомнясь, вижу вновь черты Земного мира,- исчезаешь ты".
Так в поэтической форме Ибн ал-Фарид передавал суть суфийского понимания, познания Истины. Истина открывается только в личном переживании. Суфии проявляли скептицизм по отношению к вере, знанию, навязанным извне авторитетом богословской традиции. Им противопоставлялись вера, знание, рожденные в опыте "любящего сердца". "...Каждый знает о Боге лишь то, что заключает из самого себя".
"Отрекись от неверия, религии, от добра и зла, от науки и практики, ибо за их пределами существует значительное число ступеней совершенства. Если ты достигнешь хотя бы на миг ступени любви, то станет тебе очевидным, что кроме любви, все есть суеверие".
Фариддин Аттар
Призыв к безрассудству, конечно же, аллегория, это отказ от рассудочного мышления. Любопытна попытка Ибн Араби объяснить, почему созерцание (шахада) Бога в женщине самое интенсивное. Поскольку созерцание Бога невозможно, ибо Он в "Своей абсолютной Сущности независим от мира, человек избирает объектом созерцания женщину, являющуюся полярным ему существом. "Женщина,- писал Ибн Араби,- дублирует мужчину... Если мужчина созерцает Бога в женщине, он сосредоточен на том, что пассивно, если он созерцает Его в себе, он созерцает Его в том, что активно: если же он созерцает Его в отсутствии какой-либо производной от Него формы, созерцание соответствует состоянию пассивности в отношении к Богу без посредничества". Именно такое созерцание и является оптимальным.
В заключение следует отметить, что говоря о невозможности, о непознаваемости Истины, суфии скорее говорят о невозможности вербального выражения их мистического опыта, и когда суфии утверждают, что осознание бессилия познать Истину есть само по себе знание, они имеют ввиду не скромность познавательных способностей человека, а невозможность выражения познанной Истины. Тем самым они полностью солидаризируются с общепринятым в мистицизме принципом: "молчание - знак высшей мудрости", "Высшая Истина - в молчании просветленного", "знающий не говорит, говорящий не знает", "мысль изреченная есть ложь".
Представление суфиев о непознаваемости Абсолюта не закрывали путей к познанию, напротив, они утверждали бесконечность процесса познания, необходимость постоянного поиска Истины. Жажда истинного, скрытого знания объяснялась чувством, достойным подлинно верующего - любящего Бога: "Если он устремляет взгляд за завесу скрытого, на вершину красоты, чувствуя свою неспособность познать суть великолепия, и его сердце стремится к Нему в зове, волнуется, трепещет перед Ним, то такое беспокойное состояние называется тоской. Это - тоска по скрытому".
"Тоска по скрытому" - закодированная суфийская формула "постоянно в поиске Истины". В неутомимой жажде знания, "тоске" по Истине, содержался огромный положительный заряд суфизма, привлекавший к нему не удовлетворенные догмой мятущиеся умы и души.
Душа и ее познавательные способности.
Центральное место в теории познания суфизма занимает человек и его назначение на пути познания, которое, по сути, есть познание Абсолютной Истины. Но, так как человек по своей сущности содержит в себе нечто Божественное, т.е. хотя принадлежит природе, но душа его есть частица Абсолютной Души, то основная его задача заключается в познании природы своей души.

Утверждалось, что вместилищем растительной души является печень, вместилищем животной души является сердце, а место человеческой души - мозг.
(Абдуллатиф Аббоси, XVII в)
Всему, что зрим, прообраз есть, основа есть вне нас,
Она бессмертна - а умрет лишь то, что видит глаз.
Не жалуйся, что свет погас, не плачь, что звук затих:
Исчезли вовсе не они, а отраженье их.
А как же мы и наша суть?
Едва лишь в мир придем,
По лестнице метаморфоз свершаем наш подъем.
Ты из эфира камнем стал, ты стал травой потом,
Потом животным - тайна тайн в чередованье том!
И вот теперь ты человек, ты знаньем наделен,
Твой облик глина приняла, - о как не прочен он!
Ты станешь ангелом, пройдя недолгий путь земной,
И ты сроднишься не с землей, а с горней вышиной.
О Шамс, в пучину погрузись, от высей откажись
И в малой капле повтори морей бескрайних жизнь.
(Дж.Руми)
Процесс Творения происходит по велению Творца, но этот естественный, автоматический процесс эволюции завершается на человеке. Человек - это конечный продукт бессознательной эволюции. С человека начинается осознанная эволюция, человек должен подняться до степени Всеобщего Разума. Но, поскольку человек обладает одновременно духовной и физической, небесной и животной природой, то между ними существует постоянная вражда, и тот, у кого побеждает животная сторона, вообще не дойдет до степени Всеобщей Души. А тот, у кого берет верх небесная природа, может познать Сущность Творца, и сам становится тождественным Ему.
(Ф.Аттар "Асронома")

Душа и психологический путь познания.
Когда ученика принимали в орден для прохождения тариката под руководством мастера, его должны были подготовить к переживаниям, к восприятию которых его неразвитый ум пока еще не способен. Этот процесс, который следует за уничтожением обусловленности или автоматического, ассоциативного мышления, получил название "активизации тонкости восприятия". В теле существуют определенные места, предназначенные для активизации этого процесса. Эти места, по-арабски "Латифа" (мн. Латаиф), назывались еще "Точками чистоты", "Местами озарения", "Центрами реальности". Они считаются центрами, где сила, или Барака, проявляются наиболее ярко. Теоретически Латифа рассматривается как "первичный орган" духовного воспрития. Ученик должен пробудить пять Латаиф, т.е. получить озарение через пять из семи тонких центров общения. Это делается под контролем шейха. По мере того, как каждая Латифа активизируется с помощью целого комплекса упражнений, сознание ученика изменяется с тем, чтобы приспособиться к большим потенциальным способностям его ума. Таким образом, активизация этих центров во многих смыслах рождает нового человека. Но следует отметить, что активизация Латаиф - есть только часть весьма разностороннего развития, которой нельзя заниматься в отрыве от всего остального. Можно сказать, что активизация Латаиф является аналогичной открытию Чакр в йогической системе.
Пять Латаиф, которые должен пробудить ученик, получили название: Сердце, Дух, Тайный, Таинственный и Глубоко Скрытый. Еще один центр, который, строго говоря, не является Латифа, называется Душа и состоит из множества душ. Это множество обычный человек называет индивидуальностью. Такой индивидуальности присуща смена настроений и склонностей, быстрота появления и исчезновения которых создает у человека впечатление, что его сознание является постоянным или единым. Суфии считают, что это не так. Путь к седьмому центру открывается лишь тем, кто развил в себе остальные. Такие люди являются настоящими мудрецами, хранителями и передатчиками Учения.
Озарение или активизация одного или нескольких центров может быть случайным или неполным. Когда это происходит, человек может на время приобрести более глубокое интуитивное знание, соответствующее данному латифа. Однако, если это не является результатом всестороннего процесса развития, ум будет тщетно пытаться уравновесить себя с этим гипертрофическим состоянием, что принципиально невозможно. Последствия такой активизации могут быть весьма опасными и выражаться, как и в случаях со всеми односторонними ментальными явлениями, в преувеличенных представлениях о собственной значимости, либо искажениями сознания.
То же самое можно сказать о дыхательных упражнениях или танцевальных движениях, выполняемых в неверной последовательности. Активизация латифа осуществляется в следующих частях тела: район солнечного сплетения (Душа), в месте расположения физического сердца (Сердце), в месте противосердца (Дух), Латифа Тайный расположен между сердцем и противосердцем, Таинственный во лбу, а Глубоко Скрытый в мозгу.
В условиях суфийских школ между учителем и учеником поддерживается особая связь, которая включает использование техники, называемой "таджали" (озарение). Таджали оказывает воздействие на каждого человека, но к правильному ее восприятию способны немногие. В процессе активизации латаиф ученик должен прежде всего определить влияние бесчисленных проявлений души на его личность. Ученик начинает понимать, что ему необходимо работать над своей личностью, в этом ему активно помогает учитель, так как долго и слишком глубоко сосредотачиваться на проблеме личности нельзя. Прежде чем приступать к упражнениям, способствующим активизации латаиф, ученик должен был добиться в большей или меньшей степени равновесия. Это обуславливалось тем фактом, что обычные люди вообще не способны к концентрации, если не считать отдельных, очень коротких периодов времени. Дж.Руми писал: "Вам присущи бесчисленные смены настроения, которыми вы не можете управлять. Вы могли бы овладеть ими, если бы знали их истинную причину. Если вы не можете определить источник собственных изменений, то как вы сумеете определить те изменения, которые формируют вас самих?"
Таким образом, в суфийских орденах теории одновременно исследуются и практикуются. Это означает, что необходимо добиться определенного равновесия между интеллектуальными представлениями и пониманием той или иной теории с одной стороны и ее практическим применением с другой. Техника исполнения этого является частью тайной и чрезвычайно эффективной методологией суфийских орденов. Некоторые ордена специализируются в определенных разновидностях техники. Когда ученика принимают в школу одного из орденов, его могут направить в другую школу с тем, чтобы он освоил те элементы, которые относятся к специализации данной школы. Например упражнение "кифф", когда учитель восклицает: "Стоп", и ученик должен замереть до тех пор, пока ему не разрешат расслабиться. Это упражнение выполняется под руководством обучающих мастеров Орденов Накшбандия и является эффективным методом освобождения от власти ассоциативного мышления и создания необходимых предпосылок для передачи Бараки.
Помимо активизации Латаиф, суфии считают, что надо добиться активизации некоего особого состояния, именуемого Орган Эволюции, и это подтверждается практикой действующих орденов. Это состояние нельзя считать эмоциональным и ни в коем случае не следует причислять к обычным интеллектуальным состояниям. С ним связаны частые упоминания об очищении, совершенствовании и способности к различению. Очищая свое сознание, дервиш может приобрести знание о состояниях ума и таких элементах реальности, о которых обычный ум может иметь лишь весьма смутное представление. Можно сказать, что обычно для оценки и эмоций люди используют количественные термины. Способность к качественным изменениям, которые являются более тонкими и отнюдь не менее важными для достижения совершенства, трудно выработать или выявить, поэтому большинство людей просто игнорируют ее, в результате чего их потенциальные способности используются далеко не полностью.
Динамическая сила этого Органа Эволюции начинает проявлять себя полностью только после того, как человек достигает определенной степени беспристрастности. Это требует определенной воспитательной подготовки. Прежде чем вступить на путь сознательного развития, человек испытывает различные, не вызывающие сомнений переживания, свидетельствующие о ступенях его продвижения. Это является доказательством прогресса человека и дает ему силу для продвижения к следующей стадии. Если он не воспринимает эти озарения в правильной последовательности, он задержится на стадии несовершенного знания или же случайной способности к концентрации.
Когда Орган Эволюции полностью развит и начинает действовать, инстинктивные, эмоциональные и интеллектуальные функции претерпевают изменение и начинают работать по-новому. Множество новых и постоянно углубляющихся переживаний становятся доступными для суфия.
На стадии Совершенного Человека суфии различают четыре путешествия. Первым из них является достижение состояния "фана" (уничтожение). На этой стадии происходит объединение сознания, когда суфий достигает гармонии с объективной реальностью. Достижение этого состояния является целью суфийских орденов. За ним следует еще три стадии. Великий учитель X века Ниффари, живший в Египте, описывает эти путешествия в книге "Мувакиф".
Достигнув состояния фана, суфий начинает Второе путешествие, в котором он становится с помощью стабилизации своего объективного знания Истинно Совершенным человеком. Это стадия "Бака" (Постоянство). Сейчас он уже не является Человеком, опьяненным Богом, он Учитель, наделенный особыми правами, способный обучать в условиях окружающего его культурного контекста или местной религии, работающий только с избранными учениками. Он носит имя "Кутуб", или Магнитный Центр.
Во время Третьего Путешествия такой учитель становится руководителем каждого из людей, в зависимости от индивидуальности того или иного человека, и может восприниматься различными людьми совсем по-разному. Он работает на многих уровнях смысла и сознательной деятельности. Он является "всем для всех" и, в то же самое время, может оказаться полезным для любого человека в зависимости от его потенциальных возможностей.
Во время Четвертого и последнего Путешествия Совершенный человек руководит перемещением других в состоянии, которое обычно считается физической смертью, на следующую стадию развития, невидимую для обычного человека. Таким образом, для суфиев не существует видимого перерыва, происходящего из-за обычной физической смерти. Между ним и более совершенной формой жизни устанавливается постоянное общение и взаимосвязь.
В суфийской общине, как и в обычной жизни, духовные достижения отдельных суфиев могут быть очевидными только для тех, кто способен к восприятию эманаций высшего порядка, являющегося истинным мерилом успеха суфия. "Суфизм познается суфийскими методами",- утверждают суфийские мастера.
Суфии считают, что суфийские школы одинаково важны для суфизма независимо от того, существуют ли они в форме Ханаки, или их члены собираются где-нибудь в кафе в Западной Европе, потому что только в условиях школы можно изучать и практически использовать такие материалы как труд Ниффари, с учетом характерных особенностей ученика и потребностей социального климата, в условиях которого он работает. Поэтому суфийское движение должно осуществляться в условиях различных обществ. Но его нельзя импортировать, точно также методы, подходящие для Египта X века или йогической Индии, нельзя эффективно применять на Западе. Они могут натурализоваться, но это должно происходить строго определенным в каждом конкретном случае способом. Методы же обучения изменяются в зависимости от конкретного культурного контекста. Как любят говорить суфии: "Человек должен эволюционировать гармонично с эволюционирующей вселенной".

Почему суфизм как движение оформляется в условиях Ислама.
Условия, созданные Исламом, были признаны подходящими для проекции суфийского учения. Несмотря на наличие в среде мусульманского духовенства и узколобых буквалистов, и реакционных догматиков, Ислам обеспечивал более благоприятные условия для распространения тайного учения, чем любая из предшествующих религий, существовавших ранее на этой территории, считает видный современный суфий Идрис Шах.
Ислам, по сути, определялся формально. Кого считали верующим? По меньшей мере того, кто согласен был произнести фразу: "Ла илляха илль Алла, Мухаммад Расул Алла", которая означает: "Нет Бога кроме Бога, Мухаммад Пророк Бога". Неверующим считался тот, кто отрицал этот символ веры. В случае, если человек мог доказать, что он согласен с этой формулой, его уже не могли преследовать как еретика. Не существовало никаких догматов относительно природы этого Божества и Его взаимоотношений с Пророком.
Мухаммад не утверждал, что он принес новую религию. Он продолжал монотеистическую традицию, которая, по его словам, существовала задолго до него. Мухаммад вменял в обязанность мусульманам уважение к другим религиям и говорил о роли духовных учителей. В области религии Коран поддерживает единство всех религий и говорит о том, что они происходят из одного источника и утверждает, что Ислам является последним звеном в цепи великих религий, предназначенных для мира. Утверждая, что Мухаммад был последним Пророком, Ислам социологически отразил осознание того факта, что эпоха возникновения новых теократических систем подошла к концу. Последующие века подтвердили это. Учитывая современное состояние общества, было бы немыслимо утверждать, что новые религиозные учителя, соответствующие по рангу основателям мировых религий, смогли бы занять положение, которого добивались Зороастр, Будда, Моисей, Иисус, Мухаммад.
Поэтому суфийская традиция считает, что разрушение старого порядка на Ближнем Востоке воссоединило "капли ртути", т.е. эзотерические школы, действовавшие в Египте, Персии, Византии, превратив их в поток ртути, другими словами, в подлинный, развивающийся суфизм.
Пример суфийских идей
(Из Джелаладдина Руми, основателя дервишского ордена Мевлави)
Человек - продукт эволюции. Он продолжает этот процесс. Но "новые способности", к которым он стремится обычно того не сознавая, возникают только в результате необходимости. Следовательно - увеличьте вашу необходимость.
Когда человек не осознает этого, он находится в состоянии, которое определяется как "сон". Он должен "проснуться". Существует средство сделать это, но оно не имеет отношения к схоластическим попыткам и к тому, что человек принимает за упражнения интеллекта. Это средство заключается в том, что называется "прямым постижением Истины".
Образ мышления человека обычно основан на изменении и перемене настроения. Он нуждается в том, что понимается как объединение мышления. Восприятия человека ошибочны, потому, что они субъективны и относительны. Они также "обусловлены", поэтому он интерпретирует мир согласно ограниченным, необъективным стандартам. О нем, поэтому, можно сказать, что у него мало способности к реальному суждению. Существуют сферы ума, намного превосходящие обычные состояния человека. Эти высшие сферы невозможно изобразить на языке ума такого, каков он есть. Из-за этих ограничений человек нуждается в руководстве того, кто знает больше.
Методы, используемые в помощь для достижения высшего состояния восприятия, включают в себя исторические, религиозные и мифологические произведения, а также всевозможные упражнения.
Все такие формулировки - суть Пути. Люди извратили эти "пути" и сделали их бесполезными, неизменно настаивая на буквальном смысле вместо фигурального. Таким образом создаются "идолы". Когда человек выходит за пределы внешней формы, он может видеть, что такие формы, множественные внешне, означают одну и ту же вещь. Эти учения были даны древними святыми, а также Моисеем, Иисусом и Мухаммадом. Они были изменены и использованы слабо и неэффективно.
Этот меняющийся процесс происходит в силу человеческого тщеславия, когда он, например, воображает, что может достичь больше, нежели он в самом деле может. В результате тот факт, что он дал название неопределимому понятию, заставляет его думать, что он овладел им или может овладеть с помощью того, что дал название.
За пределами внешней религии человек не может назвать себя истинным иудеем, христианином, мусульманином. В этой сфере ритуал и догмы не имеют места. Человек может быть понят как незавершенный, "член, отсеченный от тела".
Усилие человека вновь соединиться с пониманием, от которого он отрезан, может быть названо "религией или долгом Любви". Но это не есть та религия, как ее обычно понимают люди. "Глаз" - развитый орган восприятия того, от чего обычно человек отрезан, находится внутри человека. Внешние впечатления "обуславливают" человека настолько, что он не чувствителен к внутренним впечатлениям.
Любой язык (терминология) может быть использован относительно трансформации человека. Вот почему вводятся такие условности, как язык алхимии, или язык мифа и легенды, который часто относится к психологическим процессам, а не к историческим событиям. Тем, кто развил "высшее восприятие", иногда приходится скрывать этот факт по социальным и другим причинам за фасадом, приемлемым в данном месте.

Цена знания.
Конечно, это знание имеет свою цену. Оно дается только тому, кто сможет сохранить его и не потерять.
Эль Газали.
Стрела.
Стрела, выпущенная из лука, может пролететь прямо, а может и уклониться, это зависит от меткости лучника.
До чего же странно, что если стрела попадет в цель, это объясняется меткостью стрелка, но если она летит мимо цели, проклятия обрушиваются на стрелу
. И это пройдет.
Жил когда-то великий шах, владевший многими землями. Он был так могущественен, что мудрецы служили ему, как простые слуги. Но вот однажды подступила к нему какая-то тревога, и созвал он к себе своих мудрецов.
Он сказал им: "Не знаю почему, но что-то подсказывает мне, что я должен найти некое кольцо, которое смогло бы возвратить мне радость, когда я буду несчастен и, наоборот, сделать меня печальным, когда я, наслаждаясь счастьем, взгляну на него".
Мудрецы, посовещавшись между собой, погрузились в глубокое созерцание и, наконец, решили, каким должно быть это кольцо: на нем должна быть надпись: "И это пройдет!".
Аттар.
Три вида знания.
Ибн эль-Араби обучал своих учеников древнейшему изречению: Знание бывает трех видов.
Во-первых, интеллектуальное знание. Это знание является в сущности лишь информацией и собиранием фактов, которыми пользуются для того, чтобы прийти к следующим интеллектуальным заключениям. Это - интеллектуализм.
Во-вторых, знание, приходящее из состояний, куда входят как эмоциональные переживания, так и странные состояния бытия, когда человек чувствует, что пережил что-то высшее, но еще не может этим воспользоваться. Это есть чувственность.
Третий вид знания - это когда приходит реальное знание, называемое Знанием Реальности. На этой стадии человек уже может воспринять, что правильно и что истинно вне границ мысли и чувства. Схоласты и ученые концентрируются на знании первого вида. Эмоциональные натуры и экстатики пользуются знанием второго вида. Некоторые объединяют оба эти вида или пользуются ими по очереди. Но истины достигли лишь те люди, которые знают, как связаться с реальностью, лежащей выше этих двух видов знания. Они - настоящие суфии, Достигшие Дервиши.
Человек, который знает.
Суфий, знающий Конечную Истину, поступает и говорит в соответствии с тем, каковы понимание, ограниченность и доминирующие, скрытые предрассудки тех, кто его окружает.
Для суфия поклонение означает знание. С помощью знания он становится зрячим. Суфий отказывается от трех "я". Он не говорит "для меня", "со мной", или "мое имущество". Он ничего не может присваивать себе.
В недостойной скорлупе что-то скрывается. Но мы стремимся к объектам второстепенной важности, оставаясь невнимательными к тому, что имеет неограниченную ценность. Способность толковать подразумевает, что человек может без труда увидеть смысл двух совершенно противоположных высказываний мудреца.
Дверь.
Несчастный человек - это тот, кто отвернулся от этой двери, Ибо он уже не найдет другого входа.
Самомнение.
Тот, кто полон самомнения, Даже не подозревает о том, что он никогда не услышит истины.
Сон и бодрствование.
Если человеку сон полезнее, чем его бодрствование - Такому человеку полезнее умереть.
Дервиш в аду.
Одному человеку приснился сон, что он видит какого-то царя в раю, а дервиша в аду. Спящий воскликнул: "Что это значит? Я всегда думал, что все должно быть наоборот". Голос ответил: "Царь попал на небо, потому, что он почитал дервишей. А дервиш попал в ад, потому что сблизился с царями".
Невнимательный человек.
Тот, кто дает совет невнимательному человеку, сам нуждается в совете.
Саади из Шираза.
Нищий.
Нищий постучал в дверь и попросил милостыню. Голос из-за двери ответил: "Сожалею, но дома никого нет". "А мне никого и не надо,- сказал нищий,- я прошу хлеба".
Джами.
Дом.
Если десять человек вознамерились попасть в дом и только девяти из них удалось найти вход, десятый пусть не говорит: "Такова воля Божья". Он должен найти свою собственную ошибку.
Эта задача.
Перед тобой поставлена задача. Можешь заниматься и другими делами, делай все, что захочешь, займи все свое время полностью и все же, если ты не выполнишь этой задачи, все твое время будет потрачено зря.
Дж.Руми.
Передача бараки.
Абдул-Кадир собрал в Багдаде всех своих последователей и заявил: Я прошу вас никогда не забывать того, что вы сейчас от меня услышите, иначе вы можете стать источником великого заблуждения. Я обращаюсь к тем из вас, кто останется невежественнее остальных, так как Знающие и Достигшие никогда не совершают ошибку, которую я опишу.
В период Службы и Повторений (специальные упражнения) многие люди получают возможность взбудоражить других своими странными переживаниями. Это вызывает душевный трепет, возбуждение и массу других чувств, а также служит признаком стадии сознания. Здесь могут возникнуть видения Великих Учителей, или ощущения божественного присутствия, или вдохновения.
Влияющие на неподготовленное сердце такие переживания должны быть немедленно остановлены, ибо они не могут развиться в реальный контакт с Божественным до тех пор, пока в ученике не развито что-то еще. Эта практика раскрытия способностей, однажды обнаруженная невежественным или неопытным человеком, распространяется среди провинциалов и другой публики из простонародья, которые занимаются ею, полагая, что они испытывают истинные состояния. На самом деле эти состояния есть только какой-то сигнал, знак чего-то. Когда человек испытывает такие состояния, он должен быть проинформирован о них и должен пройти соответствующую подготовку.
Настойчивость в этой практике исчерпала способности последователей святых и пророков, всех, кто по неведению считали себя наследниками Бараки (милости). Достигшие никогда не возвращаются к этим состояниям, после того, как однажды испытали их. Те же, кто вызывают их, могут никогда не Достигнуть. Следуйте указаниям Учителя, который знает, почему такие вещи случаются, и который должен соответствующим образом проводить обучение.
Высказывание шейха Зияуддина.
Самооправдание хуже совершенного проступка.
Три кандидата.
Три человека пришли в кружок одного суфия, желая изучить его учение. Один из них тут же ушел, возмутившись сумасбродным поведением мастера. Второму какой-то ученик-суфий рассказал, что учитель - мошенник. Это было специально устроено по распоряжению самого мастера. И этот человек вскоре ушел. Третьему позволили говорить, но в течении долгого времени ему не предлагали никакого учения, и он, потеряв интерес, покинул мастера.
Когда все трое ушли, мудрец объяснил своим ученикам: Первый человек проиллюстрировал завет: "Никогда не суди о глубоких вещах по внешнему виду". Второй проиллюстрировал завет: "Не суди об очень глубоких вещах по слухам". Третий: "Никогда не суди по разговорам или отсутствию их". Один ученик спросил, почему об этом нельзя было сказать кандидатам, на что мудрец ответил: "Я здесь для того, чтобы давать людям высшее знание, а не учить их прописным истинам".
Сухраварди.

Изречения.
Рудбари: "Непосредственное общение двух сердец - сущностное средство для передачи тайн Пути".
Андаки: "Усилие бесплодно без заман, макан, икхван (соответствующее время, место, люди).
Хаджвани: "Мы работаем во всех местах и во все времена. Люди полагают, что человек важен, если он знаменит. Обратное может быть также истинным".
Факхнави: "Наша наука не от мира, а от миров".
Ревгари: "Глупость - это искать что-либо в том месте, где наивное воображение надеется найти искомое.
Суть состоит в том, что искомое находится повсюду, правда, если вы способны обнаружить его". Самаси: "Человек думает о многом. Он думает, что он един. Обычно же он делится на нескольких. До тех пор, пока он не становится Единым, он вообще не может знать о том, кем он является".
Аттар: "Истинный документ может содержать в себе семь уровней правды. Сочинения или речь, которые внешне кажутся бессмысленными, могут состоять из стольких же уровней правды".
Кхамош: "Суть дела не в том, можете ли вы учиться посредством молчания, речей, усилия или повиновения. Все дело в том, как эти методы применяются, а не в том, что они применяются".
Амин: "Будучи во времени и пространстве, стань вне времени и пространства и пройди к другим мирам, Оттуда мы ведем свое происхождение".
Симаки: "Если ты принимаешь относительное за абсолютное, ты можешь запутаться. Лучше ничего не предпринимай, чем идти на такой риск".
Джан-и-Джанан: "Человек может принять участие в Вечном. Но это не происходит посредством того, что он предполагает себя способным думать о Вечном".
Джан-Фишан: "Вы можете следовать по течению какой-либо реки. Осознайте только, что она направляется к Океану. Не принимайте поток за океан".

О вашей религии.
Повсюду в суфийской литературе вы можете встретить наши неоднократные высказывания о том, что мы не имеем никакого отношения ни к вашей религии, ни к отсутствию таковой. Как это может примириться с тем фактом, что верующие считают себя избранными? Совершенствование человека является целью, и внутреннее учение всех вер ставит перед собой именно эту задачу. Для этой цели всегда существует традиция, передаваемая потомству через живую цепь адептов, которые избирают кандидатов для того, чтобы сообщить им это знание.
Через самых различных людей передавалось это учение. Благодаря тому, что мы преданы сущности, мы собрали на Суфийском Пути тех, кто в меньшей степени привязан к форме и, таким образом, может тайно сохранить в чистоте нашу способность к продолжению традиции (преемственности). В догматической религии иудеев, христиан, зороастрийцев, индусов и в буквальном Исламе эта драгоценная вещь была потеряна.
Мы возвращаем всем этим религиям этот насущный принцип. Вот почему вы видите среди моих последователей столько иудеев, христиан и других. Иудеи говорят, что мы настоящие иудеи, христиане говорят, что мы христиане. Только тогда, когда вы знаете Высший фактор, вам становится понятно действительное положение существующих религий, а также и самого неверия. И само неверие есть религия со всеми собственными формами веры.
Ахмад Ясави.

Причины основания школы.
Путь (Орден) Мастеров наследует свою сущность посредством непрерывной преемственности с самых древних времен. Он поддерживает параллельную связь как с древними, так и с современными учениями, благодаря непосредственной взаимосвязи всего бытия.
Многих посторонних наблюдателей привел в смущение тот факт, что в нашем Пути имеются различные ордена и формулировки. Еще больше их сбивает с толку то, что, хотя приверженцы той или иной школы с почтением и благоговением следуют за каким-либо учителем и изучают его методы, они могут с таким же успехом рано или поздно примкнуть к другому учителю. Причину не нужно искать долго, если вы знаете, как ее искать. Ответ заключается в нашем древнем афоризме: "Говори с любым человеком в соответствии с уровнем его понимания". Перед учителем стоит задача обучать. Чтобы обучать, он должен учитывать заботы и навязчивые идеи своих учеников. Он должен, например, пользоваться языком Бухары в беседе с бухарцами и языком Багдада в Багдаде.
Если он знает то, чему обучает, он приспосабливает внешнюю форму методов обучения к данным обстоятельствам, подобно тому, как создается физическая форма школы. При этом учитывается характер и типы учеников, а также их возможности. Возьмите к примеру музыкальные собрания. Мы их не посещаем и не используем музыку. Это потому, что в наше время и в нашем положении в ней больше вреда чем пользы. Музыка, слушаемая правильно, облегчает приближение к Сознанию. Но она принесет вред, если человек не подготовлен для нее, или если слушание и исполнение музыкальных мелодий не соответствует его типу. Те, кто не знает этого, воспринимают музыку, как нечто священное само по себе. Испытываемые ими чувства, которые возбуждает в них музыка, они принимают за возвышенные переживания. Фактически же они используют ее для низших целей, чтобы возбудить в себе чувства и эмоции, не являющиеся основой для прогресса.
Дервиши присоединяются к ордену, который больше всего соответствует их внутренней натуре. Они остаются у своего учителя до тех пор, пока он не разовьет их так, как это только возможно. Затем они могут отправиться или быть посланными к другому учителю для того, чтобы принять участие в особых упражнениях, которые он может им предложить. Это объясняется тем, что может существовать такая сторона их сущности, которая извлекает пользу из этой специализации. На пути мастеров мы следуем базису Дервишской работы. Некоторыми из наших упражнений пользуются так, другими иначе. Некоторые упражнения переделываются, так как они не соответствуют данному месту или данному времени.
Точно также происходит во всех других школах. Вот почему вы можете найти здесь мастеров, которые имеют Мантию Позволения вводить учеников во все Ордена, но которые работают в данной общине в согласии с ее потребностями, опирающимися на первоначальную науку, лежащую в основе всех других форм. Наша школа основана на безупречном и поддающемся проверке авторитете наших предшественников путем непрерывной и документированной преемственности духовной традиции. Однако до чего же мало вы знаете о том, как мало значат эти поверхностные вещи (удовлетворяющие вас из-за вашей духовной репутации) в сравнении с фундаментальной Истиной Опыта, которая есть наше скрытое и могущественное наследство.
Бахауддин Накшбанд.
Человек должен быть в правильном состоянии.
Увайс эль-Карни сказал нескольким своим посетителям: - Вы ищете Бога? Если это так, то почему вы пришли ко мне? Этим людям только казалось, что они ищут Бога. Их внешний вид и поведение были красноречивее слов. - Если же вы не ищете,- продолжал между тем Увайс,- тогда, что общего может быть у меня с вами? Поскольку эти люди были ограничены интеллектуальными и сентиментальными представлениями, они не были в состоянии понять его.
Грех.
Грех против Бога - это одно, но грешить против людей намного хуже.
Суфийан Заури.
Почему дервиш был во дворце.
Одно из изречений Хазрата ибн эль-Харифа Ширазского гласило: "Суфий не должен посещать сильных мира сего и не должен выходить им навстречу, когда они посещают его". Как же были изумлены два будущих суфия, которые, придя к Хадрату, услышали, что он во дворце управителя. Они тут же изменили свое мнение о его высшей святости и, вместо того, чтобы дожидаться учителя и выразить ему свое почтение, решили пройтись по городу. Они вошли в лавку, а там, ни о чем не подозревая, были втянуты в какую-то ссору. Потом их обвинили в воровстве и потащили к правителю на расправу. Монарх, услышав убедительный рассказ лавочника о том, что эти двое виноваты в краже, приказал их казнить в назидание другим. Ибн эль-Хариф, все еще находившийся во дворце, вступился за них и им была дарована жизнь. Когда все улеглось, мудрец сказал им: Конечно, вы вправе были думать, что я не должен бывать при дворце, но поймите же наконец, что суфий совершает неожиданные поступки по невидимым, но достаточно веским причинам.
Склонность к обучению.
Висра, сына Харида, спросили, почему он не обучает. "Я прекратил обучение,- ответил он,- потому, что обнаружил в себе желание обучать. Если это желание исчезнет, я снова начну обучать, но уже по собственной воле".
Деньги.
Увайсу эль-Карни предложили денег. Он сказал: - Я не нуждаюсь в них, у меня уже есть одна монета. - На сколько же вам ее хватит,- возразил человек,- ведь это сущая безделица. Увайс ответил: - Поручитесь, что я проживу дольше этого времени, и я приму ваш подарок.
Не сожалей о прошлом, и не тревожься о будущем.
Зун-Нун.
БЗЮМолитва Саади.
Дай мне то, что достойно Тебя,
А не то, что достойно меня.

Быть суфием.
Быть суфием - значит выбросить все из головы: воображаемые истины, предвзятые мнения, обусловленность - и смотреть в лицо тому, что может с тобой случиться.
Абу Саид.
Когда Авиценна повстречал Абу Саида.
Когда философ и суфий встретились, Авиценна сказал: - То что я знаю, он видит.
Абу Саид заметил: - То что я вижу, он знает.

Поклонение.
О, Повелитель! Если я поклоняюсь Тебе из страха перед адом, низвергни меня в ад.
Если я поклоняюсь тебе в надежде на рай, лиши меня рая.
Рабия.

Собрания мудрости.
Один человек насыщается книжными науками и фактами. Он, или другой - насыщается упражнениями или обрядами. И тому и другому их знания приносят чувство того, что они чего-то достигли, что они совершают нечто значительное.
Чтобы наполнить котел, у нас должен быть котел, то, чем мы хотим его наполнить, и мы должны знать меру. Вот точно также человек может достичь успеха в высокой задаче истинного существования, правильно применив эти принципы.
Только таким путем может он найти себя. Многие другие пути создадут у него только впечатление того, что он нашел себя или что он находит себя, или что кто-то способен сделать это. Мы не в силах помочь таким людям, мы можем только позаботиться об их душевном покое и телесном здоровье. Для того, чтобы найти и применить меру, о которой я говорю, человек должен разыскать общину Мудрости. Только там, и нигде больше, эта мера должна быть узнана.
Вот, ты получил предостережение. А теперь иди и найди общину Мудрости. Ты найдешь того, чья истинная полезность полностью отвечает твоей внутренней искренности. Если ты лицемер, ты попадешь к лицемерам и не имеет значения, кем они считают тебя или кем ты их считаешь, или кем они считают друг друга.
Каландар Бахадур Шах.

Спасти самого себя.
Ты когда-нибудь слышал историю, рассказанную несравненным Мастером нашего Пути Джелаладдином Руми? - Послушай ее.
Жил на свете человек и владел он всякой домашней скотиною. Вот прослышал он однажды о том, что Моисей знает язык животных и упросил он Моисея научить его их языку. Овладев этим знанием, человек пришел к себе и стал подслушивать разговор животных. Как раз в это время петух говорил собаке, что лошадь должна вот-вот подохнуть. Человек все понял и тут же продал лошадь, чтобы не понести убытки.
Прошло немного времени, и человек, воспользовавшись своим знанием, снова подслушал разговор петуха с собакой, из которого ему стало ясно, что скоро подохнет мул. Так что и на этот раз человек поспешно продал своего мула и благодаря этому избежал убытка.
В следующий раз петух сказал, что близится смерть невольника. Человек продал и его, радуясь, что спас свои деньги. Он был очень доволен собой и решил, что ценность этого знания состоит в том, что оно помогает людям в их повседневных делах.
И вот однажды он услышал, как петух сказал собаке, что хозяин, то есть он, скоро умрет. В совершенной панике человек прибежал к Моисею и спросил его совета, как быть. Моисей сказал:
Теперь ты можешь пойти и продать самого себя! Берегись этого учения: ибо знание, помогающее человеку понять то, что касается других, нисколько не помогает ему в решении самой важной его проблемы - оно не имеет отношения к нему самому.

Барака.
Ты, толкующий о Бараке, ты можешь оказаться врагом Бараки. Ведь то, что мужчина или женщина становится врагом того, что он или она стремится любить - свойственно человеческим существам, но не всем, а только определенному их виду.
В просторечии Барака есть нечто такое, что благодаря божественному влиянию обеспечивает человеку безопасность. Это правда: не только безопасность с определенной целью. Опять-таки говоря обычным языком люди пытаются использовать Бараку, чтобы получить что-то для самих себя. Это чистейшая жадность.
Суеверные пытаются найти Бараку у могилы какого-нибудь святого. Она там есть, но то, что они добиваются, не есть Барака до тех пор, пока их намерения не истинны. Бараку могут нести в себе вещи так же, как и люди, но она отдает себя во власть только достойным. Для практических целей ее вообще нет в этих местах.
Когда у человека нет реальной Бараки, он так жаждет ее, что, побуждаемый своей эмоциональностью, приписывает своим надеждам и страхам свойства Бараки. Таким образом, он переживает удовлетворение, печаль, сильные эмоции и называет это Баракой. Особенно часто человек путает с Баракой то, что приносит ему ощущение чего-то надежного, знакомого, возбуждающего. Только суфии обладают истинной Баракой. Они - ее источник, подобно тому, как роза - источник своего благоухания. Они могут передать тебе Бараку, если ты только предан им, предан тому, что они представляют.
Если ты ищешь Бараку, мой друг, ищи суфия. Если суфий кажется тебе грубым, значит он откровенен, и в этом проявляется его Барака. Но если ты гонишься за фантазиями, веди дружбу с теми, кто, как тебе кажется, успокоит твои сомнения и выведет тебя из угнетенного состояния духа, не больше. Возьми это, если ты в этом нуждаешься. Но не называй это Баракой. Чтобы получить Бараку, ты должен отдать все, что имеешь. Не думай, что ты получишь до того, как отдашь, ибо это есть иллюзия и греховная мысль. Если ты уже отдал, отдай снова и снова, и так в том же духе и дальше.
Шейх Шамсудин Сиваси.

Чтение о суфийской философии.
Читать все и вся по суфизму все равно, что читать всевозможные книги по самым различным предметам, не имея необходимой основы. Это становится подлинным бедствием и, подобно неразборчивому лечению, может сделать человека еще хуже, чем он был.
Суфийские писания всегда предназначаются для определенной аудитории. В Бухаре и Басре, в Испании и Африке аудитории всегда весьма различны. Все же ценность изучения специальных собраний суфийских лекций, составленных суфием, трудно переоценить.
Эта ценность состоит в следующем: Подбор отрывков, предназначение которых - помочь данной общине найти свой путь. Подготовка ученика к просветлению, которого он достигает в соответствующее время, благодаря личным усилиям мастера. Средство против однообразия обычных повторений доктрины и практических приемов, которые притупляют нас, хотя сами мы этого не осознаем. Средство против волнений, которые мы ежедневно испытываем и рабами которых мы являемся, сами того не сознавая.
Поэтому читай то, что предназначено тебе, чтобы удостоиться милости вечного блаженства.
Хадрат Бахауддин

 
« Пред.   След. »
JoomlaWatch Stats 1.2.9 by Matej Koval

Сегодня 28 июля, пятница
Copyright © 2005 - 2017 БУХАРСКИЙ КВАРТАЛ ПЕТЕРБУРГА.
Страница сгенерирована за 0.000031 секунд
Сегодня 28 июля, пятница
Информационно-публицистический портал
Санкт-Петербург
Вверх