logo
buhara
 

Российская

Поэзия
  Державин   Пушкин | Лермонтов | Цветаева | Есенин | Мандельштам | Ахматова   | Высоцкий   | Асадов  
  Бродский | Галич | Жигулин | Окуджава | Тарковский | Губерман | Бобриков | Протасова | Кайзер

авт.М.Паркес/Покой

 


  • УМНОЕ СЛОВО К ЧИТАТЕЛЮ

  •  

    Тысячу извинений, тысячу извинений, уважаемые и обожаемые мною любители и ценители отечественной лирики за то, что я не посоветовался с вами при отборе "нужных" авторов! О, да - конечно-же, я не объективен и предвзято подошел к составлению кандидатур на звание лучших поэтов прошлого и недавнего времени. Каюсь, виноват, но, в свое оправдание хочу заметить, что это не альманах и - тем более - не христоматия российской поэзии, а только личностный и субъективный подход, так сказать - то, на чем я воспитался, чем был вскормлен. Очень даже понимаю тех, кто может не согласится со мною, посчитав, кощунственной мою подборку авторов и, тем не менее - опять-таки - могу только сказать: тысячу извинений, дорогие и уважаемые мои.

            Конечно, можно было зайти на любой сайт классической лирики и "вытащить" из него целый набор поэтов на любой вкус, но, как сказал в свое время молодой Ильич, "мы пойдем другим путем". Я и так себя немножечко корю за то, что совесть не позволила не внести в эту рубрику таких поэтов как Пушкин, Лермонтов и Державин. Не поместить таких мастодонтов русской поэзии - такое не прощается. Нет, уважаемый читатель, я ни в коей мере не смеюсь: классика, конечно-же, во все времена остается классикой, тем фундаментом, на котором базируется каждое последующее поколение поэтов. И - тем не менее - должен сознаться: школьная обязательная программа в свое время надолго отбила охоту изучать таких великих классиков, как Пушкин, Лермонтов, Достоевский, Толстой и т.д. Потом, спустя многие годы, когда меня уже никто не заставлял их читать, я стал заново, в новом свете открывать их для себя и ужасно себя корил за то, что плохо учился в школе. Наверное так было не только со мною...
             Здесь представлены далеко не все поэты, стихотворения которых я желал бы разместить, но- тем не менее - данная подборка авторов, можно сказать, в полной мере отражает мой взгляд на российскую поэзию.
            В заключение хотелось бы только сказать, что я был бы рад, если ВЫ, уважаемые читатели, дополнили бы данную рубрику, прислав произведения своих любимых авторов.

     


  • КАК Я ПОЗНАКОМИЛСЯ С "БОБРОМ"

  •  

    Слева направо: А.Ставров, В.Бобриков, Г.Саидов             Я благодарен судьбе за то, что она свела меня с таким замечательным самородком российской поэзии, как Владимир Бобриков. Знакомство наше и то, что предшествовало ему, заслуживает своего изложения.
               Вероятно, я не сделаю никакого открытия, отметив тот факт, что чем старше с годами становится человек, тем явственнее он ощущает на себе неумалимую быстротечность времени. Вроде бы, ничего особенного с тобой не происходит; ты все тот-же, с теми же мыслями и представлениями о жизни и мире. И только случайно, обратив внимание на цифры прожитых тобою лет, которые заставляют немного ужаснуться, понимаешь, что время не стоит на месте.
               Такие мысли прокручивались в моей голове, под равномерный стук колес фирменного поезда "Звязда", когда я ехал в Минск в начале апреля 2005 года в гости к одному из самых моих близких друзей, знакомство с которым произошло четверть века назад в Бухаре, и который сыграл в моей судьбе существенную роль, возродив во мне, угаснувший было, интерес к жизни и оставив - тем самым - неизгладимый след в моей душе. Я не стану здесь подробно останавливаться на этой совершенно уникальной личности, поскольку, во-первых: описание нашего знакомства, изобилируемого целом рядом курьезных моментов, достойно отдельного рассказа, и - если Богу будет угодно - я когда-нибудь об этом напишу, а во-вторых: отношение мое к нему настолько уважительно и сугубо личностно, что описывать его качества и достоинства, я считаю, столь же безнравственно, как писать о себе, - настолька мне дорога дружба с ним. Просто, назовем его, скажем, Андрей...
               Видимо совершенно справедливо подмечено мудрыми людьми, изрекшими, что "Бог никогда не взваливает на человека непосильной ноши". Бывают периоды, когда жизнь становится совершенно невыносимой и бессмысленной, тупиковой безпросветностью; когда под гнетом житейских дрязг и невзгод ты готов уже наложить на себя руки, хотя, вроде бы, повода никакого для этого нет. Но ты постоянно находишься в состоянии внутренней пустоты, и не в твоих силах избавиться от этого вакуума. Говоришь одно, делаешь другое, думаешь третье. Пытаешься найти причину случившемуся, но все твои попытки тщетны...Я бы назвал это состояние "духовным коллапсом". И вдруг, когда ты уже находишься на самом краю пропасти, когда не остается ни сил, ни желания жить, чья-то заботливая рука останавливает тебя и направляет твою судьбу в нужное русло.
               Я не хочу сказать, что я был на грани отчаяния и готов был свести счеты с жизнью (для этого, я слишком ее люблю), но состояние подобное вышеописанному, испытал несомненно. И поворотным моментом в моей жизни, во многом определившем ее дальнейшее течение, является встреча с Андреем.
                Это произошло в 1980 году в Бухаре, где я родился, вырос, жил и работал в сфере (как теперь принято говорить) гостиничного бизнеса, в ВАО "Интурист", в качестве бармена одного из баров, расположенного в великолепнейшем здании - памятнике архитектуры XVI - XVII вв. - медресе Абдулазиз-хана.
                Сейчас, по происшествии такого количества времени, оглядываясь назад, я понимаю, что застал "золотой период" советской эпохи, когда громадная махина под названием Союз Советских Социалистических Республик, несмотря на очевидную обреченность, которая ее ждала,вследствие несостоятельности и нежизнеспособности этой системы в любом из аспектов применительно к миру (этакий Колосс на глиняных ногах, изъеденный ржавчиной изнутри), все-же, тем не менее, внешне являла собою принапудренную даму и выглядела еще вполне благопристойно, благодаря своим "нефтедолларам", совпавшим, на тот период, с некоторым кризисом произошедшим в западной части Земли.
               Однако, на фоне всеобщего разложения системы (какую бы область общечеловеческих институтов ни взять) идеологическая составляющая оставалась незыблемой и потому выглядела наиболее глупо, комично и чудовищно гротескно, обнаруживая свою полную и очевидную несостоятельность.
                Да, это было уже не сталинское время; новые реалии тогдашнего времени требовали от руководителей государства иных подходов в решении возникающих проблем в ходе социалистического строительства. Необходимо было учитывать эти реалии и как-то приноравливаться и подстраиваться к новым условиям существования в современном мире. И, тем не менее, невзирая на очевидную агонию системы, делались различные попытки реанимировать её, чтобы хоть как-то выглядеть органично вписанным в существовавший и окружавший нас мир. Впрочем, в реализацию и претворение в жизнь всех этих попыток не верели даже сами авторы, не говоря уже о народе. Удручало и ввергало в уныние только то, что конца (ну должен же он наступить когда-нибудь!) этому сумасшедствию никогда не суждено будет сбыться. Раз, тронувшись с места в далеком 1917-ом году, эта неуклюжая громадина уже не в состоянии была остановиться, и ей оставалось только мчаться по инерции, без машиниста в неизвестное будущее, подминая под свои колеса собственный народ и заставляя от ужаса содрагаться от её непредсказуемости весь остальной цивилизованный мир. Получался какой-то заколдованный круг.
               Может показаться, что я несколько отвлекся от заявленной в заголовке темы, вовлекши читателя в этот бессмысленный, на первый взгляд, экскурс не столь отдаленных лет, однако - это не так. Работая в "Интуристе", мне волей-неволей, приходилось соприкасаться с людьми, приезжавшими посмотреть нашу страну, из различных уголков земного шара. Общаясь с ними, я воочию видел перед собой нормальных раскрепощенных людей, которые могли (в отличие от нас) совершенно свободно высказываться на любые темы. И потому, мне сразу бросалось в глаза несоответствие между штампом, бытовавшем в идеологической сфере о западном образе жизни и той реальностью, с которой мне ежедневно приходилось сталкиваться.
               Так, постепенно, вместе с осознанием лживости, пропитавшей всю нашу идеологию, во мне, сначала, проснулся горький стыд за ту страну, в которой я живу, затем - злоба на себя, от того, что никакими усилиями, я, существующего положения дел, не смогу выправить, и в конце-концов наступило отчаяние - "Господи! Почему, ну почему же меня угораздило родиться именно на этой одной шестой части суши Земли?! Неужели мало места было на планете, где я мог бы родиться?"
               Уж, лучше б я родился в каком-нибудь, богом забытом, уголке Земли, в людоедском племени, чем жить здесь. Там хоть все, по крайней мере, ясно и честно: есть вождь, которому, однозначно, должна "отвалена" львинная доля добычи; есть строгие табу, за нарушение которых тебя ждет та же участь, что постигла твоих жертв. Все понятно и все органично вписывается в сознание дикарей. Нет никаких двойных, тройных стандартов, затуманивающих умы и вносящих сомнение в душу окружающих тебя людей.
               В моем же случае, все это выглядело несколько иначе: с самого детства я жил и воспитывался на примере классических произведений, героями которых я восхищался, боготворил, но - почему-то - не находил их в реальной, окружающей меня жизни. Мне с самого начала вдалбливали, что врать и говорить неправду - нехорошо, но, живя в реальном мире, я сплошь и рядом натыкался на эту самую неправду, ложь и лицемерие. И если мы живем в такой счастливой и свободной стране, то почему я не могу воспользоваться случаем - поехать и рассказать об этом остальному "несчастному" миру, дабы призвать их последовать нашему удивительному примеру? Всё это напоминало мне, много позже прочитанную мной, статью А.Толстого "Исповедь", в которой говорится об учении Христа; где, соглашаясь со всем, что сказано в Евангелии, мы, тем не менее, в жизни совершаем всё с точностью наоборот: прикрываясь Христом, живем не по-христиански, в своих словах и поступках, искажая, тем самым, смысл слов и дискредитируя само учение Христово.
               Тогда ещё, смутно улавливая всё несоответствие между демагогией, исходившей их многочисленных источников, находящихся в арсенале существующей в то время власти, и тем, что я вижу воочию, осязаю своей кожей и слышу своими ушами в реальности, окружающей меня, тогда ещё, в полной мере я не мог себе дать ответа на мучавшие меня многочисленные вопросы. Я знал только одно - я зашел в тупик, и выхода нигде не видно.
               Иногда, в надежде найти ответ на эти вопросы со стороны, я пытался было делать робкие попытки в кругу своих близких друзей, но всегда натыкался на отпор, достойный восточного подражания, с присущей ей неотразимой аргументацией, вся суть которой приводилась к следующему: принимай жизнь такой, какая она есть и не пытайся "изобретать велосипеда". Всё давно уже сказано до тебя - так было, так есть и так будет. Не лучше ли примириться с существующим положением дел и жить в ладу со всеми, подстраиваясь под реалии сегодняшнего дня и не забивая себе голову лишними проблемами. Люди поумнее тебя задавались подобными вопросами и не могли найти ответ. Так, не лучше ли принять всё, как есть, ибо изменить что-либо не в твоей власти. Забудь, поскольку в лучшем случае - ты будешь выглядеть посмещищем в глазах окружающих, ну а в худшем - рискуешь навлечь на себя гнев власть придержащих и хлебнуть немало горя.
               И я уже начал было соглашаться с мнением своих товарищей; действительно - чего мне не хватало? Я зарабатывал за день столько, сколько за месяц получал обыкновенный труженник. Мне доступны были все соблазны жизни, и - при этом - я не испытывал недостатка ни в чем. Я был молод, холост, и нельзя сказать, что был обделен вниманием слабого пола. Благо, я работал в сфере обслуживания. В некотором роде, всё это напоминало мне сюжет из "Калины красной" В.Шукшина (помните, - "А теперь все взяли в руки по бутылке коньяка, открыли, и попробуйте сказать, что коньяк пахнет клопами, - это клопы пахнут коньяком"). Потихоньку, я начал уже приходить к мысли, что всё, что со мной происходило, все эти мысли и представления о настоящей жизни, всё это я вычитал в книгах. На самом деле, - всего этого нет. А существует реально только та жизнь, которая окружает меня, и, следовательно, отбросив всякие сентименты и включив "трезвый" взгляд на вещи, следует так и жить.
               Приблизительно в таком состоянии духа я находился, когда познакомился с Андреем. Встреча наша произошла случайно, при курьёзных обстоятельствах. Если же быть честным до конца, то следует признаться, что "виновницей" нашей встречи, несомненно была Наташа - жена Андрея. Сейчас мне в этом несколько неловко признаваться, но, как говорится, справедливость требует от меня неукоснительного следования историческим фактам а заодно, пользуясь случаем, воздать должное интуиции и проницательности этой удивительной и обоятельной женщины. Поскольку, именно она, прогуливаясь днем по старому городу, случайно заглянула в наш бар, где я, увидев и приняв её за свою очередную "жертву" и пытаясь расположить к себе её внимание, распустил (на сколько это позволяло пространство бара) свой павлиний хвост и постарался выложить перед ней весь имевшийся на тот момент в моем арсенале интелектуальный багаж. В конце нашей короткой беседы я пригласил её посетить наш бар вечером. Усилия мои принесли свои плоды: "Хорошо, - согласилась Наташа, - мы придем, но нас будет трое".
    "Прекрасно, - радостно ответствовал я, - нас также будет трое!" И уже автоматически стал прокручивать в уме - кого бы из друзей пригласить на столь многообещающий вечер. Не трудно представить себе мою физиономию, когда в назначенное время порог нашего бара переступили очаровательная Наташа и двое бородатых мужчин бомжеватого типа. Друзья, которым я пообещал незабываемый вечер, молча переглянулись между собой, но, вскоре придя в себя и с криком "еще можем успеть на турбазу!", в мгновение ока скрылись из глаз долой, оставив меня наедине со "святой троицей". Я умышленно вынужден избегнуть подробного описания, поскольку, как я уже упомянул выше, это заняло бы очень много времени и места, и увело бы в сторону от основной мысли, которую я собираюсь высказать. Скажу лишь одно: я встретил удивительного человека, полного жизненной энергии, с неповторимом чувством юмора, открытыми жизнерадостными глазами, грамотно поставленной речью и всем своим видом подкупающего собеседника с первых же минут встречи.
               Я был буквально околдован и заворожен его речью, его искрометным, присущим только ему одному, оригинальным чувством юмора, наконец тем, как он совершенно искренне умел слушать и слышать (редкое качество в наше время) своего собеседника, не вызывая подозрений и оставаясь, при этом, простым и доступным. В тот момент я ещё не в полной мере осознал тот факт, что Судьба, в его лице приготовила для меня поистинне щедрый подарок, ценность которого я вряд-ли сумею оценить по достоинству в своей жизни. Отчасти, я это понял много позже, когда он пригласил меня посетить Минск, где он жил и где мне предстояло через него познакомиться с целым рядом уникальных и замечательных людей, в том числе и с Володей Бобриковым..
               Я никогда не забуду свой первый приезд в Минск и тот вечер, что был устроен специально для меня, где я, находясь в состоянии эйфории, от изрядно большого количества выпитого спиртного и избытка полученных за вечер впечатлений, чуть было не уснул в сортире, немало напугав и встревожив этим моих друзей. А захмелеть было от чего: сразу столько неординарных личностей за одним столом и та атмосфера, что была создана благодаря их присутствию - это было слишком обильной духовной пищей, переварить которую, бедный дитя Востока оказался не в состоянии.
               А начинался день просто:
    "Мы пригласили несколько друзей - простодушно сообщил мне накануне Андрей, хитро сощурив, при этом, "по-ильичёвски" глаза, - посидим, поболтаем".
    "Не забудь позвать Бобра!" - донесся из кухни тоненький голосок Наташи.
    "Что за бобёр?"- не понял я.
    "Сам увидишь, - поэт" - коротко бросил он.
    Ну что ж, поэт, так поэт, подумалось мне. Я и сам пишу стихи, да и кто их сейчас не пишет? В тот момент я не мог предположить, что встречу настоящего поэта, поскольку настоящие поэты (в этом я был абсолютно уверен) существуют только в хрестоматийных учебниках, которые мы штудировали в школе и писали по ним иногда сочинения. Мог ли я тогда предполагать, что спустя двадцать пять лет, мне предстоит написать ещё одно, самое трудное из всех существовавших для меня сочинений - о Владимире Бобрикове.
               Я отдаю себе ясный отчет, что мне совершенно трудно профессионально и беспристрастно составить критический обзор творчества этого уникального поэта, ибо работа подобного рода ещё ждёт своего настоящего критика и составит ему не меньшую славу, чем самому автору. Мне же, достаточно только того, что он есть на этой Земле, живёт среди нас, и что судьба оказалась благосклонна ко мне, дав уникальную возможность вплотную пообщаться с человеком, творчество которого до сих пор не отмечено по-настоящему никем. Я не знаю - за какие такие заслуги Бог сподобил меня одарить своей милостью, но я на самом деле счастлив, что имею возможность писать и пропагандировать его творчество, которое со временем (а в этом я ничуть не сомневаюсь) принесёт ему заслуженную и достойную славу...
                В тот памятный вечер я слушал его впервые. Он сидел как раз напротив меня, с гитарой, которую невозможно было представить отдельно от автора-исполнителя. Он и гитара составляли  неразрывное целое, как единый организм. Меня особенно поразили его глаза: казалось взгляд его пробуравливает тебя насквозь и, как рентгеновские лучи, пытается добраться до самых глубин твоей души. И вместе с тем в его глазах можно было прочесть одновременно: тревогу и испуг, усталость и печаль, сомнение и подозрительность. И только послушав, как он поет, вникнув в смысл текстов его песен, можно сделать некоторое представление о нелёгкой жизни поэта, который вооружившись одним лишь простым пером и даннным ему от Бога талантом, вступил в неравную схватку с существующим режимом и пытается донести до слушателя, которого он любит и жалееет, всю накопившуюся боль души - поэта, гражданина и просто - человека. Чувство социальной несправедливости очень остро прослеживается во всем его творчестве; такие понятия, как долг, честь и справедливость - для него не пустой звук. Но и вместе с тем, необходимо отметить, что он не витает в облаках надуманных идеалов, а стоит на твердой почве и, остро подмечая всё, что творится вокруг, в четкой и лаконичной форме передавая основную мысль до слушателя.
                Видимо, истинный талант любого поэта в том и заключается, чтобы в его стихах невозможно было вычеркнуть ни строчки. В подавляющем большинстве произведений В.Бобрикова невозможно вычеркнуть не только строчки, но и хотя бы одного слова, а порой - и буквы. Всё, о чем он пишет (а пишет он только о том, что лично им испытано на опыте), настолько актуально и современно, что только по прочтении начинаешь осознавать, что и сам уже давно хотел об этом сказать, да только никак не мог сформулировать и облечь в слова в эту законченную и - казалось - простую мысль.
                Ещё одна черта в его творчестве, которая поражает и до самой глубины души трогает слушателя - это искренность, которая исходит от его песен-стихов. Словно, в качестве стила он использует свое сердце, а чернилами служит собственная кровь поэта. Настолько выстраданы его стихи, что они представляются не стихами, а криком души, гласом вопиющего в пустыне. Заканчиваясь - чаще всего - отчаянием, от осознания своей беспомощности, и реже - оптимистическими нотами, со слабой надеждой в торжество справедливого начала.
               Возможно, я ошибусь, высказав предположение, возникшее в результате более близкого знакомства с творчеством В.Бобрикова, но меня не покидает ощущение, что в отдельных его работах четко прослеживаются интонация, ритм и манера изложения, присущие конкретным классикам русской поэзии. Вне сомнений, чувствуется их определенное влияние. Так, к примеру, при чтении "Баллады о бюро горкома" ассоциативно всплывает перед читателем образ А.Галича с его "О том, как Клим Петрович выступал на митинге в защиту мира". Та же остросоциальная направленность, тот-же иронический сарказм, вкупе с едким юмором и неожиданным финалом, невольно заставляют проводить параллели между двумя поэтами.
               В "Я всё чаще от слов устаю..." весь мотив произведения пропитан печально-лирическими нотками, которые можно встретить лишь у С.Есенина.
               "Балладу о гвозде", если не знать автора, можно было бы смело отнести на счет Б.Окуджавы. Ну, а в его знаменитом "На таможне, друг мой, Боря" безошибочно угадываются стиль и манера В.Высоцкого.
               Однако, несмотря на приведенный сравнительный анализ стихов, я должен отметить, что при всём внешнем сходстве В.Бобриков не был бы В.Бобриковым, если бы не обладал особым талантом и самобытностью, заключающейся в том, что он не повторяет своих предшественников, а идёт своим путём и, чувствуя пульс сегодняшнего времени, выдает читателю своё видение проблем, возникших после распада СССР. Хотя, именно с этой стороны его творчество может оказаться наиболее уязвимым, поскольку только по происшествии некоторого времени можно будет дать объективную оценку нынешнему периоду творчества этого поэта. Что ж, поживём - увидим.
    Вот почему во время своей последней поездки в Минск я очень волновался и переживал, идя на встречу с ним. Ведь прошло уже более десяти лет со времени последней нашей встречи, произошедшей здесь, в Питере. Как он там, каким я его застану, чем он теперь занимается, и не забросил ли он писать стихи, думалось мне, собираясь к нему в гости. Много времени прошло с тех пор, изменился мир, распался Союз. То, что было актуально лет двадцать назад, в значительной степени утратило свою прежнею силу - рассуждал я про себя - и есть ли сегодня "пища" для поэта, стимулирующая продолжение его творчества? Вроде бы все темы уже иссякли...
               Он втретил нас с Андреем на пороге своей квартиры, расположенной в центре Минска, выйдя нам навстречу на костылях, с загипсованной до колена ногой. Не доходя до нас, отбросил костыли в сторону; я инстинктивно рванулся вперед, чтобы поддержать его, и мы молча упали в объятия друг друга, крепко обнявшись.
    "Нам крупно повезло, что он сломал ногу, - пояснил в своей обычной манере Андрей, кивая на Володю, - иначе мы не застали бы его дома."
    "Сука. Что ещё можно от тебя ожидать?" - спокойно отреагировал Володя, давно привыкший к подобным приветствиям со стороны товарища.
               Я улыбнулся; мне приятно было видеть, что они ничуть не изменились с тех пор. Только лицо Володи мне показалось несколько осунувшимся, и в его взгляде читалась какая-то усталость: не то печаль, не то тоска. Но это было только мгновение. Потому что уже через минуту всё рассеялось, когда он, едва лишь мы переступили порог его комнаты, стал читать нам свои новые стихи; полулёжа на диване и отставив несколько в сторону свою загипсованную ногу. Этого мне было достаточно для того, чтобы я мог окончательно успокоиться по поводу его творческого состояния и передо мною вновь предстал тот самый В.Бобриков, которого я впервые встретил почти четверь века назад, на квартире у Андрея с Наташей. Чтобы хоть как-то дать понять, что я чту его творчество, я процитировал четыре строчки из наиболее глубоко запавшегося мне в душу его стихотворения, посвященного памяти А.Галича и В.Высоцкого:

    ...Не возвращайтесь на Родину эту
    Здесь по старинке ценят поэтов
    Здесь, по-привычке, постановление
    Нам заменяет душу и мнение...

    "Помнит..." - обернувшись к Андрею, почти прошептал он и я увидел, как в уголках его глаз собрались слезы. Не стестняясь нас, он открыто вытер их с лица и его глаза вновь заблестели, но теперь уже по-другому - прежним юношеским задором...
               К сожалению, встреча наша была короткой, так как мне предстояло в тот-же  вечер возвращаться в Питер. Прощаясь со мной, Володя передал мне небольшую стопочку листов, испещренной его мелким и ровным почерком - "Прочтешь в поезде". Я согласно кивнул головой.
               И уже сидя, в вагоне поезда и держа перед собой черновик его новых стихов, я медленно, не торопясь проходил глазами по свеженаписанным строчкам, и где-то глубоко в груди постепенно стал собираться комок, сдавливающий мое горло. Затем, когда дошёл до "Неотправленного письма", буквы, почему-то, стали как-то сами по себе плясать, строчки сливаться, и только капли влаги, которые часто-часто стали падать на листы, вновь вернули меня в окружавшую меня действительность и к осознанию того, что я, не стестняясь своих попутчиков по купе (клторые глядели на меня широко раскрытыми глазами), сутуло сгорбившись над пачечкой листов, тихо плачу...
                В заключение, я бы хотел выразить надежду на то, что В. Бобриков ещё найдет в себе силы, встанет во весь свой рост и, отбросив в сторону "костыли", заявит о себе в полный голос, покольку, как мне кажется, ему есть - что сказать. И потому, мне совершенно искренне и от всего сердца хочется ему пожелать:"Володя! Не опускай руки и не сдавайся, ибо ответственность и долг Поэта перед тем, что ты считаешь для себя святым, должны превалировать над остальными чувствами, ибо рупор данный тебе сверху, даётся не зря и не случайно; ибо - это не ты пишешь стихи, но твоими устами пророчествует та истина, ради которой на алтарь свободы положили свои жизни такие личности, как А.Галич, В.Высоцкий, Б.Окуджава, являясь примером для остальных и олицетворяя собою совесть и порядочность нации. Поскольку так немного осталось поэтов, творчество которых проникает глубоко в душу, пробуждая в нас чувство гражданственного долга и призывая любить окружающий нас мир и оставаться просто людьми. А в твоем лице, дорогой Володя, такой поэт состоялся давно, вполне и несомненно.
     


  • "НИ О ЧЕМ НЕ ЖАЛЕЙТЕ" А.Дементьев

  •  

    авт.М.Паркес/Силуэты Никогда ни о чем не жалейте вдогонку,
    Если то, что случилось, нельзя изменить.
    Как записку из прошлого, грусть свою скомкав,
    С этим прошлым порвите непрочную нить.


    Никогда не жалейте о том, что случилось.
    Иль о том, что случиться не может уже.
    Лишь бы озеро вашей души не мутилось
    Да надежды, как птицы, парили в душе.


    Не жалейте своей доброты и участья.
    Если даже за все вам – усмешка в ответ.
    Кто-то в гении выбился, кто-то в начальство…
    Не жалейте, что вам не досталось их бед.


    Никогда, никогда ни о чем не жалейте –
    Поздно начали вы или рано ушли.
    Кто-то пусть гениально играет на флейте.
    Но ведь песни берет он из вашей души.


    Никогда, никогда ни о чем не жалейте –
    Ни потерянных дней, ни сгоревшей любви.
    Пусть другой гениально играет на флейте,
    Но еще гениальнее слушали вы!


  • "БЕССОННИЦА" М.Румянцева

  •  

    авт.М.Паркес/Ароматы

    Я до кончиков пальцев - не злая,
    Очень добрая я с тобой.
    Я до муки, до боли не знаю -
    Есть ли ты
    Или выдуман мной?..

    И приходят рассветы в город,
    Очень трезвые,
    с третьими лишними.
    И теряется что-то гордое
    Каждым утром под этими крышами.

    Почему ты прощаешься молча
    Здесь, на улице неуютной?
    Хоть два слова,
    из сказанных ночью,
    Повторить бы тебе в это утро.

    Я бы трижды назад оглянулась,
    Наизусть запомнив, навечно.
    Но молчание рождает грубость,
    И во мне умирает женщина...
    Я бровями сейчас зачеркну
    Все, что связано было с тобой.
    Я уйду и опять не пойму -
    Есть ли ты...
    или выдуман мной?

    Я уйду по-мужски, без слов.
    Под нелегкий стук каблуков.
    Не грустить.
    Не плакать.
    Не каяться.
    Я в любви бываю
    царицей... Прикажу -
    и не вспомнят пальцы!
    Прикажу -
    и забудут ресницы!

    Только где-то, в какой-то бессоннице
    Все до мелочи вдруг припомнится.
    И подушка белой медведицей
    С боку на бок нескладно
    завертится. Затоскуется.
    Где ты? Где ты?...
    ...Может, нашу большую планету
    Так ворочает днем и ночью,
    Что кого-то она все рассветы
    Ожидает и любит очень...



 
« Пред.   След. »
JoomlaWatch Stats 1.2.9 by Matej Koval

Сегодня 24 апреля, понедельник
Copyright © 2005 - 2017 БУХАРСКИЙ КВАРТАЛ ПЕТЕРБУРГА.
Страница сгенерирована за 0.000034 секунд
Сегодня 24 апреля, понедельник
Информационно-публицистический портал
Санкт-Петербург
Вверх